Слуги этого мира

Помона смотрела на нее, готовая в любой момент подскочить к ней, если та зайдется рыданиями. Но плечи Ханны не дрожали. Она от чего-то прятала глаза.

– Вот! – воскликнул Рубен, не глядя показав на Помону пальцем. – Видите?! Я не сделал ничего, чтобы разозлить Стража. Я соблюдал традиции. Я пришел с букетом. Я сказал бдящему о своих намереньях. Вывод только один: Страж прогнал меня не потому, что я сделал что-то не так, а потому что был против нашего с Ханной союза!

– Немыслимо, – покачал головой Айльрик. – Чтобы Страж на свое усмотрение решал, подходят друг другу люди или нет…

– А может, это была ошибка? – робко выступила девушка из толпы.

Это была Эйр. Ей было двадцать, и в следующем году ей тоже предстояло выйти замуж за любимого человека, с которым они регулярно виделись больше двух лет – надо думать, за кружкой противозачаточного чая. От страха на Эйр не было лица. – М-может, Страж просто подумал, что Ханне еще нет двадцати одного года? У нее же вот только недавно был день рождения…

– Нет, Стражи перестали давать Ханне чай, – сказал Рубен.

Его голос стал еще громче и агрессивнее, будто он старался перекричать смущение. – Перестали сразу после ее дня рождения. Так что Стражи в курсе, что Ханна была на выданье.

Эйр обхватила себя руками. Она кусала губы и с ужасом смотрела на Помону. И не только она: многие стали поднимать на нее глаза, хмурясь то от сомнений, то от злости.

Помона почувствовала на себе их взгляды и оторвала собственный от Ханны. Страх ударил ее в низ живота ледяным кулаком.

– Такого ведь никогда раньше не было, – сказала Эйр тихо. Но в опустившейся вязкой тишине ее слова слышал каждый. – Что, если это потому, что она оказалась рядом?..

– Я видела много бракосочетаний, – сказала Помона, пряча за презрением ужас. – Если бы ваши глупые сплетни были правдой, все мои соседи были бы незамужними и неженатыми.

Эйр покраснела, однако не сводила с нее прищуренных глаз. Около половины устыдились своих подозрений тоже, но женщина продолжала ощущать кожей жжение, в том числе от отцовского взгляда.

Помона молча ждала реплики Альрика. Но он молчал, глубоко задумавшись.

– Терпеть это больше сил моих нет.

Все обернулись на сгорбленного старичка в первом ряду. Удивительно, но все это время Пуд стоял рядом с Гектором, и никто его будто не замечал. За годы, что он прятался от Стражей, Пуд достиг такого мастерства в соитии с тенями, что Помона невольно восхитилась. Казалось, даже отец увидел его рядом с собой только что.