Слуги этого мира

Помона знала о подпольных собраниях бунтующих, потому что несколько лет назад сама стала участником «Несогласного Движения», как называли себя те, кто планировал против Стражей восстание. Патриотизма ей хватило всего на две встречи. К концу второго собрания она смекнула, что эти сборища не приведут ни к чему помимо иллюзии, будто они становятся ближе к свободе от Стражей.

Тогда она озвучила свою мысль вслух и встала, чтобы выйти из душной кладовой. Но, увидев свирепые взгляды негласнодвиженцев, их негодующе раздувающиеся ноздри и пульсирующие жилки на потных лбах, уяснила на всю оставшуюся жизнь, как важно человеку с ее незавидной репутацией следить за языком.

– Чтобы бороться с режимом Стражей, нужна информация, – пояснила Помона таким властным тоном, что никто из злобно обернувшихся на нее не заметил выступившей испарины на высоком лбу женщины. Помона воспользовалась мгновением тишины и оглядела всех присутствующих так, словно удивлялась, почему никто кроме нее не понимает очевидного.

Злость на их лицах сменилась выражением удрученности. Привставшие было со своих мест вновь опустились на табуретки. – Против кого и чего вы собираетесь бороться? Если Стражи уйдут, куда собираетесь пойти вы? – спросила их Помона. И себе же ответила: – Вы не знаете. Мы не знаем. Вы как хотите, а я по возможности буду собирать сведения о них, чтобы понимать, с кем мы имеем дело и почему. А пока информации нет, здесь и обсуждать нечего. Продуктивного вечера, и займитесь делом.

Помона выбралась из кладовой соседки, где проходило собрание, и оставила революционеров наедине со своим трепом. Она вытерла пот тыльной стороной ладони и поспешила убраться. В этот раз ей удалось отвести от себя беду. Но кто может поручиться за то, как отреагируют люди на ее безучастие в следующий раз?

Помона сказала чистую правду: она не видела смысла в восстании без понимания того, кто Стражи в сущности такие и почему человечество находится под их беспрестанным надзором. Но слукавила, что собиралась по крупицам собирать информацию и объявиться однажды с бесценными знаниями на их заседании.

На самом деле ее давно не пленили тайны Стражей. Она семь лет как разменяла четвертый десяток и не питала иллюзий насчет того, что, исчезни однажды Стражи из Пэчра, люди все равно не сумеют жить иначе, чем они их научили.

Отчасти Помона гнала от себя все, что было связано с восстанием, потому что сама не знала, чем именно угнетают их Стражи.