Моя вредная девочка

Вчера он явился к ней на девичник и устроил скандал, испортив отдых.

Ссадина на губе и синяк на лбу у будущего пасынка, напомнили ей о его позорном падении с лестницы.

– Алкоголик, – прошипела она, когда Семен уселся в кресло напротив и уставился ей в глаза.

– Шлюха, – привычно отчеканил он ей в ответ, и Диана взорвалась.

– Какого хрена ты испортил мне вчера праздник?! – вскрикнула она, вскочив с дивана и сжав кулачки.

– Эту попойку со своими дрянными подружками ты праздником сочла? – ухмыльнулся Семен, разваливаясь в кресле.

 – Бедняжка, с какой помойки тебя подобрал мой отец? Ты, наверное, слаще морковки в жизни ничего не едала?

– Я скоро стану твоей мамочкой, – собрав в себе силы, произнесла с улыбкой Диана.

Слова ее Семена вывели из себя.

– Ты в подметки моей матери не годишься, – вскочив со своего места и схватив Диану за волосы, вспылил он.

– Сема!? – во весь голос закричала Анна, вошедшая в комнату. Девушка кинулась к брату, хватая его за руки:

– Что ты делаешь? Она же папина… Папина невеста! Что папа скажет, если узнает, что вы как кошка с собакой?

– А он узнает, – со злостью закричала Диана, – И я добьюсь, чтобы ты носа своего не смел здесь показывать!

***

– Братик? – ныла рядом Анна, гладя его плечи, – ну что тебе стоит сделать вид, что вы с ней ладите? Папа в отношении Дианы настроен очень решительно! Тебе надо быть хитрее: если она станет его женой, то сам знаешь, как все может обернуться.

Будет крутить им и вертеть! В уши ему о тебе надует гадостей, и папа оставит тебя без гроша. Было ведь такое, не раз!

Семен уставился вдаль бесцельным взглядом.

…Отец выгнал их с матерью, когда Семе было лет восемь. Или семь. Анька тогда только в садик пошла. Мать приехала с ними в деревню, к бабушке. Жить. И Семе пришлось сменить школу, друзей. Он лишился своей огромной комнаты и игрушек, лишился на несколько лет родного отца.

Как он позже понял своим детским мозгом: отец нашел себе другую бабу, привел ее в дом, выгнав жену и детей.

Мать ничего от него не потребовала, даже от алиментов отказалась. Гордая была.

Говорила, что вытянет их сама, без чьей-либо помощи. И тянула, торгуя на рынке то рыбой, то овощами.

А когда она слегла с менингитом, застудившись зимой, оттого что ходила с дедом на рыбалку, после которой подолгу простаивала на этом гребанном рынке, торгуя уловом в надежде выручить какие-нибудь гроши и слегла в больницу…

Тогда отец приехал за ним и Анькой на своей дорогой машине.