Секретный удар

– Ага, – ответил Гэри, не совсем понимая, что он там должен увидеть. Где-то высоко полыхнула белая ракета, в руках доктора Навински блеснул пистолет.

Вслед за первой ракетой взлетела еще одна, потом хлопнула граната, и на ближайшем дереве зашелестела срезанная осколком ветка.

Помня предупреждение Байферса, Гэри поднял голову и в угасавшем свете ракет увидел распластавшиеся над ним крылья.

– Птица!

Байферс, мгновенно развернувшись, выстрелил из автомата поверх голов Гэри и Мелани. Что-то большое рухнуло на землю, и одновременно в небо взмыли сразу несколько осветительных ракет.

То, что Гэри увидел там, его потрясло. Десятки, а может, сотни птиц с блестящими, отливающими металлом крыльями и человеческими головами спускались к земле. Они со свистом рассекали воздух стальным оперением и, словно парашютисты, одна за другой пружинисто приземлялись на камни.

Их крылья складывались за спинами с тихим металлическим шелестом, и из повелителей воздуха флайтеры превращались в пеших бойцов, которые сразу вступали в закипавший бой.

Бешено перестукивались роторные пушки, били в упор бронебойные ружья, а там, где враги сходились достаточно близко, в дело вступали итальеры и стрекочущие ножами секиры.

Разрываясь между страхом за собственную жизнь и желанием уберечь от гибели Мелани, Гэри стрелял налево и направо, пока у него не закончились патроны. Перезарядить оружие самостоятельно он не мог, пришлось вступить с лихими флайтерами в рукопашный бой.

Это было нелегко, потому что их полутораметровые крылья действовали как еще одна пара рук.

Несколько раз Гэри вовремя отскакивал, избегая верного рассечения лезвием крыла, но вскоре наловчился подставлять итальер, хотя и это тоже было непросто. Изощренные в подобных схватках летающие пехотинцы секли крыльями с такой силой, что выбивали из клинков целые снопы искр.

Майор Навински стояла спина к спине с Гэри. В одной ее руке был облегченный итальер, а в другой фронтовой пистолет. Как женщина, Мелани не могла противопоставить противникам свою силу, а потому делала ставку на гибкость и быстроту.

Байферс, в отличие от них, дрался, как механическая машина. Он не давал повалить себя и стрелял из автомата, лишь когда не мог достать врага итальером. Время от времени он рявкал: «За мной!», и его маленький отряд делал еще несколько шагов вперед.

Между тем флайтеров становилось все больше; как только кто-то из их товарищей падал, его место тут же занимали другие.