И многоточий больше нет… Приключения, любовь, детектив

Оксана еще раз обворожительно улыбнулась, лифт остановился на третьем этаже и она вышла.

В последнее время, Михаил привык к тому, что женщины в его присутствии немного начинали «играть выдуманные роли», стараясь понравиться. Некоторые больше, некоторые меньше, но, естественными оставались только самые наглые и самоуверенные, которых интересовала лишь собственная персона.

Да, за последние лет 20, Михаил привык, что ему уделяют внимание, причем все вокруг. Мужчины проявляли уважение, зависть или жадную, желчную ненависть, а женщины – обожание.

Бывало, конечно, по – разному, но равнодушными редко кто оставался – публичность и огромные деньги тянули за собой множество подводных камней и скрытых сюрпризов. Но, он уже привык к этому ходу жизни. Все доставляло ему удовольствие: и откровенная лесть журналистов, и кокетство женщин, и выпады конкурентов, и то, что с ним советуются привселюдно по-любому, мало-мальски важному событию, приглашают везде и всюду. Главное, что он мог позволить себе наслаждаться всем этим и не особо обращать внимание на чье – либо мнение. Да, можно было сказать, что он жил в свое удовольствие и был счастлив. Сейчас, уже достигнув больших успехов и положения, он спокойно наблюдал за жизнью людей как бы со стороны, занимаясь своими любимыми делами, тратя время на непонятные многим увлечения, развлекаясь достаточно пикантно. Он уже не боялся показаться смешным, необычным, глупым, напыщенным и наглым.

Правда, был один не очень приятный нюанс, он никогда не был женат.

И дело было не в печати в паспорте, а в самом факте: семьи он не создал. Хотя, у него была отличная сестра и племянники. Была огромная денежная империя, верные друзья, множество разносторонних интересов, наполеоновские планы на будущее, но, человека, с которым он мог бы «разделить горе и радость, болезнь и здравие» он так не нашел. Не то, чтобы это его очень мучило, нет, скорее разочаровывало. Жить с этим фактом он мог спокойно и замечательно, даже не задумываясь о создании семьи как таковой, но все же иногда, грыз его червь сомнения и страха. Но, ко всему прочему, частенько журналисты начинали подливать масла в огонь, выуживая из него все новые и новые оправдания. Именно тогда вот Михаил, все же, жалел о том, что не создал себе тыла. Он жалел, что нет у него той близкой по духу женщины, которая всегда ждет после работы, любит, растит детей, уважает и восхищается своим собственным мужем.