Один шанс из миллиона

Ее цель состояла в том, чтобы предложить клиентам высококачественные товары, благодаря которым имя Фридман должно было ассоциироваться со вкусом и изысканностью.

– Вы видели, что предлагала компания в последнее время?

Мэг снова покачала головой.

– Эди упоминала, что в каталоге произошли некоторые изменения. Я ими не интересовалась. Мы с ней обычно не обсуждаем дела фирмы.

Гавар достал из кармана пиджака и протянул ей буклет на глянцевой бумаге. Мэг нерешительно взяла его, быстро пролистала и нахмурилась:

– Что это? Шутка? Коалы, домовые с круглыми глазами и щенки с розовыми ленточками на обивке для мебели? Этого не может быть!

Однако выражение лица Гавара говорило об обратном.

– Как я понимаю, у Алана Филдмана имелись свои представления о развитии компании. Он захотел поменять клиентуру компании, обратившись к людям помоложе.

Мэг тяжело вздохнула. Проблема Алана заключалась в том, что он всегда желал взбунтоваться против матери, но боялся лишиться наследства. Тогда Алан решил приложить все усилия, чтобы компания досталась ему, а не брату, и не погнушался ради этого использовать людей, в том числе и Мэг.

Видимо, он не только плохо представлял, как управлять фирмой, но даже не знал, что нужно потенциальным клиентам, раз компания оказалась в таком плачевном состоянии.

– Мэг, помогите мне возродить компанию, – вдруг произнес Гавар.

Она забыла об ужасных пингвинах на подушках, которые увидела в каталоге, и посмотрела на него. Какие же у него голубые глаза!

– Вы не понимаете, – прошептала Мэг, делая шаг назад, чтобы увеличить расстояние между ними, потому что его взгляд как магнитом притягивал ее к Гавару.

– Так объясните мне.

– Я не просто уволилась из компании. Меня уволили за нарушение субординации. Это был большой скандал. Вернее, я устроила скандал. Я боролась. Устроила некрасивую сцену. Даже кричала. И все это видели.

– Понятно.

Что он мог понять? Его там не было, и Гавар не знает, как все произошло: безобразно и унизительно.

Повторение того, чего она стыдилась, вспоминая свое детство. Никакого хладнокровия и сдержанности!

– То есть вы понимаете, почему я не самый лучший кандидат для ваших целей?

Этьенн покачал головой.

– Вы сказали, что боролись. Это очень важно. Я бы сказал, вы только усилили мою уверенность в том, что подходите мне.

– Вы... Нет, вы не понимаете... – растерялась Мэг. – Я даже что-то кинула в Алана.

Ей показалось, что Гавар едва сдержал улыбку.