Трудности на пути

Кто эти люди? Куда нас привел портал? Мир не был похож ни на тот откуда мы пришли, ни на мой родной. Не сказать, что меня сильно занимали эти рассуждения, они проникали словно бы через вату, по большому счету мне было все равно.

Движимая скорее невозможностью сидеть на месте, чем любопытством, я вышла из палатки, и осмотрелась. Вокруг сновали люди, ремонтировали лагерь. Нет, кардинальных различий не было, ни фиолетовой травы, ни зеленого неба, и все же… Люди были похожи на нас, но ощущение, что это снова какой-то иной мир не проходило.

Пока я озиралась, ко мне подошел один из мужчин, судя по всему, главарь, и что-то спросил на незнакомом гортанном языке. Поняв, что я не понимаю, махнул рукой, подзывая к себе старую женщину с длинными седыми косами, стоящую чуть в стороне.

Та, после недолгого разглядывания, бросила в меня заклинанием. Я инстинктивно поставила щит, но заклинание щит проигнорировало и врезалось прямо в меня. Резко закружилась голова, мне показалось, что я упаду в обморок, но головокружение быстро прошло.

Выпрямившись, я в ужасе посмотрела на нападавшую, не понимая, как реагировать – заклинание как будто не принесло вреда.

– Так понятнее? – снова заговорил главарь.

Теперь я могла различать речь. Интересное заклинание, ни о чем подобном я никогда не слышала.

– Да, да, – ощущения были странные, он по-прежнему говорил на своем языке, а я на своем, но теперь мне была понятна его речь, сознание как будто раздваивалось.

Главарь закидал меня вопросами о том, кто я и откуда. Мои ответы его удивили. До того у меня теплилась надежда, что я переместилась в какую-то неизвестную страну моего родного мира. С географией у меня было не важно. Но, из его вопросов и замечаний, я поняла, что это не мой мир. Еще один.

Видимо заметив, как я устала, меня проводили к костру, где была установлена походная кухня, и варилось, что-то источающее потрясающий аромат.

Усевшись на ствол поваленного дерева, главный продолжил расспросы. Мне было несложно рассказывать, и о нашем мире, и о том с чем мы столкнулись. О чем угодно, главное не говорить о Бейте, но он видимо понял это, и на опасную тему не заходил.

Постепенно вокруг нас собрался народ, с интересом на меня поглядывая и прислушиваясь к беседе, но не вступая в нее. Я чувствовала от них только искренний интерес и сопереживание.