Элитная западня. Часть первая. Чужие тайны

– Слава богу, ты здесь! Я думала, что сейчас грохнусь в обморок от волнения и толпа затопчет меня, как обертку от конфетки, – нервно хихикая, заявила Лана, целуя подругу в щеку.

– Если будем следовать моему плану, то через пару месяцев станем так популярны, что даже если ты потеряешь сознание, толпа вынесет тебя на руках, как рок-звезду, – приободрила Лану Ева, поправляя брошку на лацкане ее жакета.

Спустя пару минут девушки с трепетом и радостью, которые знакомы только первокурсникам, зашли в университет, еще не подозревая, что он оправдает равно как все их ожидания, так и все страхи.

Они плыли в плотном потоке студентов, который у проходной превращался в настоящее столпотворение из-за низкой пропускной способности вертящихся турникетов-триподов. Подруги поглядывали по сторонам, рассматривая незнакомое помещение, а потом улыбаясь посмотрели друг на друга и уже хотели взяться за руки, но решили, что этот жест будет выглядеть уж очень по-детски, остановили свой порыв и рассмеялись. Когда подошла Евина очередь и она, прокрутив рычаг турникета, прошла мимо охраны, демонстрируя свой студенческий билет, то услышала вдогонку, как ее окликнул приятный мужской голос:

– Девушка, вы уронили.

Ева обернулась и увидела молодого мужчину в белой хорошо отутюженной рубашке и черном галстуке со специальным зажимом. Он слегка улыбался, только уголками рта, и протягивал шелковую косыночку, которую она так искусно повязала себе на сумку, стоя дома у огромного зеркала.

– Спасибо, – забирая косынку, проговорила девушка, слегка кивнув своей кукольной головкой, а потом повернулась к подруге и еле слышно добавила: – Здесь все такое замечательное, даже охранники милые.

– А я не просто охранник, я начальник охраны, – вдруг услышала Ева и обернулась.

Молодому человеку были приятны слова, сказанные красивой девушкой, и он, широко улыбаясь, посмотрел на нее добрыми глазами.

– Меня зовут Адам, а вас?

– А меня Ева, – ответила девушка и слегка пожала плечами, недоумевая такому совпадению.

Но юноша вдруг стал серьезным, улыбка стерлась с его лица, и в глазах промелькнула тень обиды, он привык за двадцать пять лет своей жизни, что многие подтрунивали над его ярким библейским именем. «Ева она, надо же такое сочинить», – подумал юноша и обиженно отвернулся, а девушки, не замечая его волнения, весело помчались вверх по лестнице к расписанию, чтобы выяснить, в какую аудиторию им направиться.