Капризы Ангела, или Приказ 1138

Он опознал труп, он осознал, что это не Светка.

– Пить надо меньше, говорить понятно будете, – кто-то из толпы кинул реплику.

– Это не она… – Дима заливался слезами и хохотал, еле выговорить смог, согнулся пополам и хохотал.

– Что ты сказал? Не она? Не она, да? – Андрей нервничал, ему было не ясно, опознал ли Дима труп, но что это не Светка, Дима ясно выразился, и сам Андрей увидел, что труп не Светкин. – Доконает нас твоя жена… – пробормотал Андрей.

Он очень душевно переживал трагедию семейной жизни друга, поэтому сам не женился.

Схватил Диму за плечи, встряхнул и сам начал хохотать: «Хорошо, пусть сейчас не Светка, а хотелось бы, чтобы сдохла», – подумал Андрей, поняв, что хочет водки, много водки. Друзья угомонились, не стали ничего объяснять коллегам, которые знали, что этих двоих связывает с шефом какая-то тайна или родственные узы. Коллеги наблюдали как Андрей и Дима пошли, точнее, побрели от трупа к машине.

– Батяня… – так шефа за глаза звали все, но сейчас в глаза это позволил себе Дима.

 – Это не она… – сказал в трубку телефона, сидя в машине. Отчитываясь за событие, точнее, переключаясь на волну, «пронесло».

– Ну, слава богу! Сынки, отдыхайте… – Шеф тоже позволял себе неуставные отношения в случаях экстрима.

Не сговариваясь, друзья зашли в тот же магазин, где ещё вчера Дима разглядывал красивую фигуру Марины в витринах со спиртным и собирал в корзину «джентльменский набор». Сейчас с Андреем они собирали в корзину с прилавков «убойный набор», а точнее, «упойный». Они знали, что зайдут в «двушку» и упьются.

Глава №3

Статья 4. Гражданский долг и нравственные ценности службы в органах внутренних дел.

Каждый гражданин Российской Федерации, вступающий в ряды сотрудников

органов внутренних дел, посвящает свою жизнь исполнению Долга беззаветного

служения Отечеству и защиты благородных общественных идеалов: свободы,

демократии, торжества законности и правопорядка.

2. Высшим нравственным смыслом служебной деятельности сотрудника

является защита человека, его жизни и здоровья, чести и личного

достоинств и неотъемлемых прав, и свобод.

    (Выписка из Приказа 1138).

Водитель обернулся в салон к притихшим «жрицам». Он работал у сутенерши Лены, полгода. Зарплата платилась всем: водителю Роме, охраннику Вахе и Андрею-Пушистику, крыше ментовской и соглядатаю, из процента, отчисленного с «жриц». Ленины «жрицы» собирались в притон по слухам одна от другой. По объявлению в газете «Из рук в руки».