Судья Шерман

 – До завтрака трижды просилась пописать, видимо, волнуется.

– Спасибо за наблюдение. Я у тебя в долгу…

– Никаких долгов, Рино, просто устрой мне ночь любви.

Зная лесбийские наклонности Ольги, Рино спросил:

– А ты ничего не перепутал, дружище?

– Можешь мне не верить, но рядом с тобой я чувствую себя натуралкой, – призналась Ольга. – Кстати, у нас с тобой похожий вкус. Эта Дженни Ривер мне очень понравилась. Чудесная глупенькая куколка.

– Я рад, – вымученно улыбнулся Рино и с облегчением вздохнул, когда Ольга вышла.

«Еще не хватало связаться с лесбиянкой – то-то всему отделению радости будет», – подумал Лефлер и вошел на общую территорию, заставленную столами инспекторов.

«Дженни Ривер», – повторил он про себя, еще не решив, что лучше звучит – Дженни или Биргит.

– Привет, старина!.. – окликнул его Мозес, бывший напарник по опергруппе.

– Привет.

– Ну я посмотрел этого монстра! Ты просто Лоди Конфиттер какой-то!.. Замочить такого агромадного парня!..

– Да, Рино, ты герой, – поддержал Мозеса Твинки Роджер, неофициальный враг Лефлера.

 – Хотя я и считаю тебя дерьмом, тут меня никто не разубедит, но удавить Молотобойца его же цепью – это, парень, просто народные легенды, честное слово. Объявляю односторонний мораторий на оскорбления. Веришь мне?

– Нет, Твинки, – признался Рино. – Ни одному твоему слову.

– Правильно делаешь, – согласился Твинки. – Однако я правда поражен.

Так, раскланиваясь с коллегами, словно телезвезда, Рино добрался до своего стола и, не успев сесть на обшарпанный стул, заметил разнарядку на поиск пропавшего человека.

Разнарядка была подписана капитаном Хунгаром, а имя пропавшего было Рино знакомо – Пьезо Бах.

– Эй, Лефлер! Капитан приказал зайти к нему, когда ты появишься! – крикнул какой-то парень из архивного отдела, тащивший стопку запыленных папок.

– Спасибо, – ответил Рино и, поднявшись с места, направился в кабинет к начальству.

С капитаном Хунгаром лучше было поговорить сразу, чтобы не оттягивать это сомнительное удовольствие на предобеденное время.

– Звали, сэр? – спросил Лефлер, войдя в кабинет без стука.

– О, герой нашего времени!.. – отозвался Хунгар и, достав большую табакерку, вдохнул лошадиную порцию нюхательного табака.

Рино остановился и на всякий случай сделал шаг назад. Зачастую капитан, чихая, изрядно брызгал.

Хунгар громко чихнул, и его лысая голова тут же порозовела, как попка младенца.