Драконья жрица

Эва с замершим от ужаса сердцем смотрела на вытянутую морду, которая будто бы с любопытством приблизилась к ней, обнюхивая и изучая. В драконьей пасти сверкнули огромные клыки – каждый размером с её руку. Фраза «на один зубок» неожиданно стала принимать весьма буквальные обороты.

Вдруг послышался звук натягиваемой тетивы – и стрела с треском отскочила от мощной рогатой головы. Дракон медленно моргнул и обернулся в некотором удивлении, словно поразился человеческой глупости. Несколько жрецов в белых рясах, бледные от страха, возглавляли ряды королевской армии.

Лучники уже натягивали тетиву вновь, а священнослужители громко кричали молитвы.

– Именем белоликой Мирастэль, именем хранительницы миров, убирайся прочь! Прочь! Прочь! Нечестивое создание!

Дракон выдохнул горячий пар из своих ноздрей и вдруг распахнул гигантскую пасть. Его оглушительный рёв, долгий и свирепый, буквально снёс с ног служителей Белого Солнца. Эва, находившаяся в тот миг ближе всех, в ужасе упала на землю, прижимая ладони к ушам.

Сердце её заходилось от страха. Она жмурилась, чувствуя соль под сомкнутыми веками. Реальность и мечты – слишком разные вещи. Едва ли Эва была готова ко встрече с могущественным тысячелетним существом, способным переломить ей хребет одним укусом.

Ей хотелось проснуться, ей хотелось домой, в храм, ей хотелось не знать этого ужаса. Но когтистые лапы уже сомкнулись на её талии – и спустя мгновение она перестала ощущать под собой тёплую каменную землю. Ветер взвыл в ушах, растрепал волосы, когда они поднялись в небо.

Последним, что Эва увидела прежде, чем её сознание покинуло тело, было грустное лицо настоятельницы Виктории. Она никуда не бежала и не казалась удивлённой, даже наоборот – будто бы знала обо всём наперёд.

Заснеженный город

Несколько раз за время полёта Эва приходила в себя – но, к сожалению, ненадолго. Драконьи когти всё ещё сжимали её талию, а под болтающимися ногами виднелась далёкая земля без конца и края – замёрзшие реки и озёра, припорошенные снегом леса и города.

И этот вид мог бы восхитить её в иной другой ситуации, но сейчас Эва чувствовала себя настолько ужасно, что это невозможно было описать словами. От страха перед гигантским существом и от того, что он в любой миг мог бросить её с такой высоты, становилось дурно.

Уже спустя пару мгновений после пробуждения Эве безумно хотелось вновь впасть в забытье. Лишь бы не видеть, не чувствовать и не знать.