Стрела Габинчи

– Нищету плодить будем?

– Я… Я заработаю, я везучий, честное слово!

– Мне не везучий, мне богатый нужен, – проговорила девушка с какой-то обреченностью в голосе. И пошла дальше, но Клаус не отставал, задевая всех встречных узлом со старыми тряпками.

– А если я добуду золота, Ядвига? Если я добуду много золота?!

– Когда добудешь? – не поворачиваясь, спросила она.

– Через год! – выпалил он, готовый в этот момент пообещать даже луну.

Ядвига снова остановилась и, переложив корзинку на другую руку, поправила волосы, а потом в упор посмотрела на Клауса своими карими глазами.

– Я последнее лето догуливаю, Клаус. Осенью замуж выйду за купца из Рейделя. Он с моим отцом дело объединять будет. Так что оставь меня в покое – я разговариваю с тобой в первый и последний раз. А теперь уйди, видеть тебя больше не желаю.

Сказав это, Ядвига побежала прочь, Клаусу показалось, что она плачет.

Преследовать ее дальше он не стал, не чувствовал ни рук, ни ног и не видел ничего вокруг.

«Вот дурак-то какой, всем мешается…»

«Эй, господин хороший, кисти не купишь? Глухой, что ли?»

«Хоть бы подвинулся, мы же с поклажей!..»

Клаус не знал, сколько он простоял в таком состоянии, а очнувшись, побрел домой, совершенно забыв, что на нем новая одежда и несколько золотых в кармане.

15

Когда Лиггит наконец вернулся в лавку и вошел в конторку, там, кроме отца, его ожидал человек в потертой кирасе и в шлеме с гербом лорда Ортзейского.

– Ну что, выяснил, где злодей обитается? – спросил Венцель-старший. – Говори господину помощнику шерифа, он должен это узнать немедленно!

– Выяснил, – кивнул Лиггит. – Он вовсе не на улице живет, а возле поворота канавы, той, что до самой реки тянется. Он прачкин сын, и зовут его Клаус, так соседи сказали. А грязь там повсюду и вонь такая, что…

Венцель-старший сделал Лиггиту знак, чтобы тот замолчал, и в наступившей тишине помощник шерифа откашлялся и поднялся со скрипучего стула.

– Итак, властью, данной мне шерифом, а ему лордом, приказываю организовать здесь головное руководство.

Помощник шерифа указал пальцем на конторский стол, Венцель-старший кивнул, хотя не понял, что тот имел в виду.

– А теперь следует немедля послать к шерифу конного курьера.

– Почему конного? – поинтересовался Венцель-старший.

– Так прописано в руководстве службы шерифа.