Странник

Старик добродушно потрепал меня за плечо и скрылся в своем доме, построенном, как и все остальные, на деревянных сваях на высоте примерно трех-четырех метров от земли. Тогда я еще не подозревал, что такая конструкция совершенно необходима в здешних местах по двум причинам: во-первых, она позволяла спасаться от диких зверей и, во-вторых, относительно комфортно чувствовать себя во время жутких тропических ливней, во время которых, кажется, что небеса действительно разверзаются и вода льется будто бы из ведра.

С переполненным животом я еле добрел до ближайшей секвойи и удобно уселся, уперевшись спиной в могучий ствол. Я закрыл глаза и моментально погрузился в блаженное состояние медитации и воспоминаний, которых у меня было, как вы понимаете, еще не так много. Пение птиц, доносившееся практически отовсюду, дополняло эту и без того умиротворенную картину первозданного счастливого бытия. Я вспоминал каждую мелочь, ловил каждый шорох, пытался распознать окружавшие меня запахи цветов и бодрящего табачного дыма.

И, конечно же, я снова и снова переживал те несколько слов и, особенно, прикосновений, которые подарила мне она, эта непосредственная и прозорливая Эстрелья. Эмоции переполняли мою душу. Сердце билось учащенно как никогда. Наверное, в этот момент я впервые почувствовал вкус настоящей жизни.

Внезапно кто-то нежно взял меня за руку. Я открыл глаза и чуть было не захлебнулся от счастья. Это снова была она, дочь вождя. Девушка не зря убегала куда-то в джунгли.

Там она нашла какие-то травы и спела мне из них замечательный перстень в виде змеи, положившей голову себе на хвост и символизировавшей, по всей вероятности, всю мудрость мира и всевышнюю любовь. Она надела мне это кольцо на мизинец правой руки и, таинственно улыбнувшись, прошептала на ухо:

– Не снимай его до тех пор, пока…

В этот момент раздался страшный удар грома, и освежающий тропический дождь пролился на наши головы со всей своей природной непосредственностью. Мы сидели, взявшись за руки, и слушали рассказ, который выстукивали для нас по стволу секвойи огромные капли.

Мой первый день плавно перешел в фантастический вечер, за которым довольно резко, как только и бывает в тропиках, на землю опустилась непроглядная ночь…

Глава 3. Поводырь.

Счастливый, я шел по Авенида Бальбоа, не без удивления разглядывая величественные небоскребы, которые заполонили столицу Панамы Панама-Сити за последние несколько лет.