Гори, ведьма!

Может, будь мы в любом другом городе, мы бы занимались чем-то таким, но здесь этого не нужно. Здесь, в этом городе, у ведьм что-то типа… саморегуляции. И если так вышло, что по вине какой-то ведьмы страдают люди, мы, Отдел, должны наказать всех ведьм. Мы просто… такое ведомство.

От манеры, с которой все это было сказано, и от пристального немигающего взгляда, Лешу в который раз передернуло. Он не мог представить, как человек мог наказать ведьму, и какие такие инструменты Илья мог иметь в виду, но Леше и без конкретики было не по себе.

Тон сказанного не оставлял сомнений, он сам того не желая, поверил в каждое слово. Потому, что была воздухе особая тяжесть, непонятная, зудящая, невыразимая простыми словами. Которая ощущалась сразу, и снаружи, и внутри, из-за которой Леша поверил во все это еще до того, как Илья рассказал.

Майор был странным. Улыбался он широко, но как-то пусто, и дружелюбие его отдавало чем-то жутким, а зрачки – как колодцы, из которых нечто будто наблюдало и оценивало.

А еще майор подозрительно подробно рассказывал невероятные вещи прямо после того, как Леша с этими невероятными вещами столкнулся. Это вело к довольно однозначному выводу, который стоило проверить.

– Мне нужна демонстрация, раз это магия, – заявил он.

Илья пожал плечами и снова позвал:

– Варвара!

В длинной его тени вспыхнули две искры, темнота дрогнула, выросла вверх и сгустилась той самой стриженой девчонкой, которая увела Лешу от трупа и дала ему воду.

Она сложила руки за спиной и уставилась на него, как ни в чем не бывало. Леша чудом не взвизгнул от неожиданности, как собачья игрушка-пищалка, и очень гордился собой. Настолько, что, припомнив все когда-либо прочитанное фэнтези, решил пойти ва-банк:

– Вы меня вербуете.

Илья поднял бровь.

– А если я не соглашусь, то мистическим образом забуду о нашем разговоре?

Илья поднял бровь еще выше, но не стал ничего отрицать.

– Там ведьмы и эти ваши опасные виды.

Я хочу надбавку за условия повышенной опасности.

– Обойдешься уральским коэффициентом, – фыркнул Илья.

Леша расплылся в глупой ухмылке. Все это было совсем неожиданно, немного жутко, но одновременно с этим, это было самое интересное, что случалось с ним жизни. Варвара рядом молча смотрела на него с плохо скрытым скепсисом.

– Почему я? – решился он, наконец, задать вопрос.

Ему до смерти было интересно, по каким критериям проходит отбор.