Ведьма

Полина ощущала себя вечной пассажиркой поезда, который, как Fata Morgana, непрерывно курсировал между двумя вокзалами. С ним она однажды приехала в Германию, но мыслями и чувствами она ежедневно возвращалась на ее «старую» Родину. И снова здесь. Снова заграница. Заколдованный круг…

Поначалу эта фантастическая поездка казалась ей забавным приключением. Она знала точно, откуда, куда и зачем едет.

Ее попутчики выходили на разных станциях по обе стороны границы и обретали Дом.

Она всегда мечтала об оседлости, но ее мечты как-то все не реализовывались.

В ней прочно поселилось состояние вечной скиталицы.

Чтобы не потерять себя, она построила в своем сознании абстрактный образ Отчего Дома, населив его близкими по духу людьми и чувствами, помогающими ей бороться с одиночеством.

В Доме том было светло, он вырос на фундаменте ее принципов и правил, и от этого казался надежным. Тепло и уют царили во всем. В нем витал русский дух…

Однажды Полина осознала, что сойти с бешеного экспресса невозможно.

Он стал для нее смыслом и единственно возможным образом жизни. Сердце ее разрывалось между двумя вокзалами…

«Ваше благородие, госпожа чужбина,

Жарко обнимала ты, да только не любила.

В ласковые сети, постой, не лови,

Не везет мне в смерти, повезет в любви…»

О смерти речь не шла. А в любви ей, как всегда, не везло.

Октябрь… С деревьев опадали листья. Роскошные краски. Ее мозг фиксировал красоту.

А чувствам, как псам на привязи, было приказано: «Цыц!» Но они затихли до поры до времени, выжидая подходящего момента, когда их отпустят на волю или когда они, устав ждать этого, сами сорвутся с поводка и понесутся…

Когда проблем становилось слишком много и нервы Полины сдавали, она просто так ходила по Дуйсбургу и не думала ни о чем.

Просто фиксировала большие и маленькие ежедневные происшествия, не анализировала их и ни в коем случае не допускала на уровень эмоций и чувств. Созерцание происходящего помогало ей эмоционально выжить. Она знала: надо держаться. Тонко чувствующая ее натура часто страдала от того, что любая мелочь: кем-то случайно оброненное слово или неожиданная ситуация, рождали в ней массу умозаключений и ассоциаций. Этот процесс подпитывался эмоционально, и жизнь казалась ей сплошным адом.

Во время созерцательных прогулок в ее голове была тишина. Срабатывал инстинкт самосохранения. Ей не хотелось в сорок пять умереть от инсульта или, что еще хуже, попасть в психушку.