Ведьма

«Русские» с их еще во многом советским менталитетом отличались неуверенной походкой и блуждающим по сторонам, словно ищущим поддержки по сторонам, взглядом. Женщины выглядели потрясающе, хотя одевались вычурно и, по мнению немок, злоупотребляли косметикой. Эмигранты старших поколений ходили по городу с одними и теми же однажды приглянувшимися полиэтиленовыми кульками месяцами до тех пор, пока на них не стирались рисунки. В семье, как говорится, не без урода, но общее мнение местного населения о русских эмигрантах было таково: работящие, ответственные, образованные.

Женщины красивые, покладистые. Дети воспитанные и хорошо учатся.

В районе Марксло преимущественно жили турки-гастарбайтеры, работавшие на сталеплавильном заводе Тюсен Крупп, от которых Полина за время ее проживания в Дуйсбурге ничего плохого не видела. Мало того, хозяин квартиры, которую она снимала в районе старый Хамборн, где немцев и иностранцев жило поровну, был молодой интеллигентный турок.

Марксло считалось турецким гетто, Стамбулом в миниатюре. Здесь на каждом шагу были турецкие гешефты. Магазины свадебной одежды прославились во всей Северной земле Вестфалии.

Румыны, болгары и африканцы жили в районе Хохфельд. Район считался неблагополучным. Ходить вечерами там было нежелательно.

Символом города была стоявшая в его центре абстрактная птица, разноцветная, жирная, которая и на птицу то мало была похожа, но придавала городу еще больше экстравагантности.

В Дуйсбурге был высокий уровень безработицы и очень вредное ведомство по делам иностранцев, с которым Полине, как иностранке, пришлось, конечно же, столкнуться.

В старинном каменном доме, в котором жила Полина, в подъезде было всего три квартиры. То есть, у нее было по соседству еще две семьи, с которыми она ладила. Ее двухкомнатная квартира находилась на четвертом этаже, под самой крышей. Стены дома были толстыми, словно в бункере.

При открытом окне шумы доносились только со стороны улицы, ведущей к автобану. Комнаты были проходными. Почти вся мебель в ее скромном быту была не новая, за исключением дешевого белого платяного шкафа и двух маленьких журнальных столиков из Ikea, которые Полина приобрела сразу по въезду в новую квартиру. В спальне у окна стоял письменный стол, а на нем – бывший в употреблении компьютер – подарок убежища для пострадавших от насилия женщин.