Ведьма

Чтобы положить этому конец, хозяин Хасан призвал на помощь своего брата Магомета. Брат просидел минут тридцать на крыше без страховки, покурил, затоптал Полине грязными ботинками ковер и кафельный пол, перешел в кухню, там через окно влез на крышу и покурил на ней еще тридцать минут (окно на кухне тоже стало протекать позже). Кое как крышу починили. Уют был Полиной выстрадан.

Обыденный день Полины раньше начинается одинаково. Без десяти шесть у нее над головой противно гудел мобильный телефон, поставленный в режим будильника.

В нем было двадцать мелодий, она перебрала все, пытаясь выбрать самую подходящую из них. Мелодии эти сама по себе были приятные, но когда они «попадали» в будильник, они начинали ее раздражать.

Дальше все шло по плану. Капля за каплей призрачной стабильности. Она хотела верить в то, что «все будет хорошо». Но знала, что это было самообманом и одной из иллюзий, придуманных человеком для того, чтобы успокоить на время себя и окружающих.

Помечтав пару последних лет о том и о сем и представив себе «как хорошо это будет», Полина завязала с этой гнилой идеей, так как ни одно из ее мечтаний о благополучном будущем и воплощении в жизнь даже ближайших планов не осуществилось.

Так она приспособилась жить иллюзиями. Они как заменитель мечтаний. Их смысл заключался в том, чтобы представить себе, что вот мечты уже стали реальностью и это и есть настоящая жизнь, та, к которой она стремилась.

Иллюзии хватали Полину за руки и ноги и тащили вверх, и в бок и куда-то еще. Так она училась летать. И шаг за шагом превращалась из обычной женщины в женщину, включившую режим реализации своего женского супер потенциала.

Ей страшно было подумать о том, что половина ее жизни прошла, а она не достигла своих целей. Она стала все меньше расстраиваться от того, что была неквалифицированным работником и драила тупо полы, туалеты, кровати и все, что только можно было драить и что попадалось под руку.

С учетом того, что козырным местом работы у Дуйсбургских эмигрантов считалось сидеть в общественных туалетах (некоторые из них в поисках такой «доходной» работы ездили даже в другие города на электричках), то ее последнее место работы в католическом госпитале считалось чуть ли не элитарным.