Я напишу тебе, Крошка

Не то чтобы в них очень нуждались, но так было принято.

– Полковник Райх, доложите обстановку, – распорядился генерал Шморанг и слегка поморщился. Его солдатские болезни все чаще давали о себе знать, и подушечка из собачьей шерсти уже мало чем помогала.

Лысоватый Райх поднялся со своего места и, взяв пульт от электронной панели, развернул файл с картами.

– Вторую неделю на фронте не происходит каких-либо перемен. Отдельные стычки на земле и в воздухе приводят к единичным потерям. То же и в противостоянии систем ПВО и орбитальных группировок.

Мы не можем начать наступление, поскольку не располагаем резервами, Катан тоже обескровлен и пока не получает нужных для наступления ресурсов.

– И с чем это связано? – думая о своем, машинально спросил Шморанг.

Райх, удивленный этим вопросом, тем не менее начал обстоятельно отвечать:

– Финансовый год на исходе, сэр. Средства практически исчерпаны и не на что закупать технику и новобранцев.

– Ну да, конечно, – согласился генерал.

 – А что скажет разведка – есть ли у Катана потенциальные прорехи? Вы, Райх, садитесь.

Начальник разведки фронта поднялся со своего места и взял у Райха пульт.

– Мы подробно проанализировали расстановку сил, сэр. И пришли к выводу, что у противника никаких слабых мест нет. А вот у нас – напротив, есть совершенно оголенный участок между высотами «А-1087» и «Бычий Эйр».

– Бычий что? – переспросил генерал.

– Эйр, сэр.

– Эйр, – кивнул Шморанг. – А то мне другое послышалось.

Полковник Твидл, это, кажется, ваш участок?

– Так точно, сэр, – поднялся из-за стола нескладный полковник. – Инцидент имел место из-за дня рождения одного из сержантов, и как раз в это время над позициями проходил наш разведывательный спутник, но затем солдаты вернулись на позиции.

– Чудесно, уроды вы мои нестандартные. – Генерал саркастически улыбнулся. – Что с этим сержантом?

– Ну, ему исполнилось тридцать два года, и… он здоров.

– Да его расстрелять надо за подрыв боеспособности! – хлопнув ладонью по столу, прокричал Шморанг.

 – А вы – «здоров»!

– Прошу прощения, сэр. Виноват, исправлюсь, сержант будет расстрелян сегодня же вечером.

– Да поздно уже. Какой смысл расстреливать его сегодня. Время упущено. Теперь вам придется ждать другой оказии… Садитесь уже. Глаза бы мои на вас не это самое… – Генерал приподнялся в кресле и поправил подушечку. – Авиация…

– Я! – вскочил со своего места полковник Клукстул.