История Лоры Виттеншлегер

На парламентских выборах в Польше победу с подавляющим перевесом одержали представители профсоюза «Солидарность». Председатель Президиума Верховного Совета СССР Горбачев и канцлер Западной Германии Коль подписали в Бонне документ, который предоставил всем европейским государствам право самим решать, какая политическая система будет определяющей в их странах.

Второго августа того года в самый разгар перестроечной гласности, когда окончательно поправившаяся от болезни Маргарита прогуливалась возле Бессарабского рынка с мирно спящей в открытой летней коляске Аннушкой, которой исполнилось год и пять месяцев.

Моросил дождь. В шестнадцать часов и двадцать минут центр Киева содрогнулся от глухого удара. На Майдане Незалежности – тогдашней площади Октябрьской революции – завалился козырек главпочтамта. Люди прятались от капель и собрались в узком коридоре между заборами, по которому можно было попасть в обложенное строительными лесами здание. Над их головами рабочие оббивали старую штукатурку. В начале ремонта кто-то предлагал закрыть главпочтамт, но это было накладно и могло нарушить работу почтовых служб. Ближе к четырем часам пополудни работники слезли вниз и отправились на обед. Под обвалившимся многотонным навесом оказалось одиннадцать человек.

– Там что-то случилось! – Кричал случайный прохожий на Бессарабке, указывая в сторону площади Октябрьской революции.

– В такой стране все возможно, – отозвался стоявший рядом с Маргаритой человек в рабочей одежде, видимо, грузчик с близлежащего рынка.

– Наверное, взорвалось что-то, – ахнула пенсионерка с пуделем, причем собачка как-то нервно взвизгнула и принялась заливисто тявкать в сторону проходившего в нескольких метра от них Хрещатика.

Аннушка заплакала в коляске. Она категорически отвергла предупредительно протянутую ей Маргаритой бутылочку с компотом, на которую была одета резиновая желтая соска.

Заметив, что в сторону главпочтамта бегом направляется толпа народа, Маргарита, качая коляску, поспешила пойти посмотреть, что же на самом деле произошло.

Дождь прекратился, и она сложила зонтик, потом взяла ребенка на руки, повторяя: «Это не война! Нас бы предупредили. Этого не может быть!»

На подходе к главпочтамту к Маргарите подскочил худосочный прыщавый парень в какой-то замусоленной куртке-кителе и с легким акцентом шепнул:

– Не ходи туда, уважаемая, там людей придавило. Крыша упала, поняла? Строители виноваты.