Дерзость – не порок

Это так называемое недоразумение, эти нелепые апартаменты, репутация Доминика…

– Вы, случаем, не знакомы с этой секретаршей секретарши? – непринужденно поинтересовалась она.

Он замер. Затем повернулся к ней, с прищуром посмотрел на нее. Скрестил руки на груди. При этом движении было видно, как играют мускулы.

– Хотите знать, спал ли я с секретаршей секретарши вашего отца?

– Интересуюсь, кому в этой цепочке это может показаться забавным.

Он поджал губы.

– Вы слушаете сплетни.

– Просто предупреждали, – парировала она.

 – У вас такая репутация, Доминик. Любая женщина, если только она не дура, должна помнить о ней. Мне говорили, что вы с легкостью разбиваете сердца. Для вас это просто игра.

Он открыл рот, но ничего не сказал.

– Я женщина. У меня есть сердце, и я вынуждена делить эти жуткие апартаменты с вами непонятно сколько. Поверьте, я буду прислушиваться к предупреждениям.

Он хлопнул себя по бокам:

– В общем, я обречен?

– Я не осуждаю вас. – Она немного отступила. – Но вы ведь убежденный холостяк, так ведь?

– Как никто.

– Брак для вас?..

– Ругательное слово.

– А я сентиментальная девушка со всеми вытекающими последствиями – замужество, дети и так далее. Я этого хочу.

Белла хотела рассмеяться, но взгляд ее упал на его торс, и смех застрял в горле. Доминик стоял, широко расставив ноги, отчего они казались длиннее и крепче. Покрой его джинсов не мог скрыть мощь его чресел. Белла нервно шевелила пальцами.

– Вы хотите сказать, что не заслужили такую репутацию?

– Я хочу сказать, что это не имеет значения.

Неужели? У нее, может, и нет опыта в отношениях с мужчинами, но в офисе отца она заметила, как Доминик скользил взглядом по ее ногам, когда думал, что она не смотрит на него. А еще она чувствовала глубину его взгляда, его жар, когда он смотрел на ее губы. У нее горело все тело. Ей было понятно, что это сулит беду. Она собиралась пресечь это в зародыше.

– То есть… чисто деловые отношения?

– Чисто деловые, – подтвердил он.

– Вы уважаете откровенность, Доминик?

– Да.

– Тогда я должна сказать вам, что, разгуливая полуголым, вы не производите очень деловое впечатление.

– Вас смущает, что я без рубашки?

Она не стала врать.

– Да.

Поджав губы, Доминик вышел из комнаты. Он вернулся, одетый в майку навыпуск.

Он обиделся?

– Спасибо, – пробормотала она.

Он ничего не ответил. Затем произнес:

– Я оставляю вам главную спальню.

– Это очень мило с вашей стороны.