Дерзость – не порок

– Правила общежития, – повторила она как можно более твердо. – На работе вы начальник, Доминик, но здесь, – она стукнула по стене, – здесь мы равны. Сначала, может, выпьем кофе?

Она направилась в гостиную.

– И я должна выпустить Минки из клетки.

Белла надеялась, что со временем кошка привыкнет к новой обстановке и будет спокойной. Она остановилась и осмотрелась по сторонам. Где же кухня?

Как будто прочитав ее мысли, Доминик указал на неприметную дверь, расположенную рядом с обеденным уголком.

Ей пришлось внимательно присмотреться, прежде чем она заметила ее.

Хорошо. Белла направилась на кухню, которая оказалась небольшой, но удобной.

На столе стояла новая кофеварка, сверкающая красным хромированным покрытием. Белла провела по ней пальцем, затем открыла шкафчик наверху и вытащила оттуда пакет кофе.

Доминик удивился:

– Откуда вы знали, что там кофе?

– Эти апартаменты ведь организовывал мой папа, правильно? Или, по крайней мере, секретарша его секретарши.

Но он проинструктировал ее. Над кофеваркой расположен шкафчик для посуды. Зерна всегда там. – Белла указала на шкафчик за его спиной. – А тут должно быть много бутылок красного вина. Хорошего красного вина, – добавила она.

Доминик открыл шкаф и взял бутылку:

– Это хорошее вино.

– Это из его личного погребка. В холодильнике должна быть коробка дорогого шоколада, хотя я все время прошу не класть ее туда, рядом с моим любимым сортом шоколадного порошка.

Он открыл холодильник.

– Все точно так.

Белла пожала плечами и повернулась к кофеварке.

– Он знает все мои слабости.

– И следит, чтобы все ваши желания исполнялись.

Доминик произнес эти слова как бы между прочим, но Белла уловила стальную нотку, презрение. Она точно знала, что он думает – что она избалованная и своенравная, что она использует отца.

Белла избалованная… Сердце заколотилось у нее в груди. За всю свою щедрость отец получил в ответ лишь разочарование и боль.

Она повернулась к Доминику:

– Да, мой отец чрезмерно щедр, но вы не будете отрицать, что тоже пользуетесь его щедростью.

Он моргнул и помрачнел, как будто не мог понять, о чем она.

– Я знаю. Я кое-что узнала про вас, Доминик Райт.

Белла готова была поклясться, что на мгновение он напрягся, а затем ухмыльнулся той самой усмешкой, которая превращала его из мужчины с ледяным сердцем в золотого дьявола.