Мика и Плюша

«Крути!» – скомандовал он, держась за многострадальный палец, и, пока толстячок хлопал изумленными глазами, сам крутнул пропеллер, и вся конструкция аккуратно съехала ему в руки! После этого нотариус насадил пропеллер себе на палец и начал весело его крутить и кричать: «Спиннер! Спиннер!» – и докрутился до того, что уже его собственный палец пришлось спасать тем же способом. Короче, вскоре после этого весь мир буквально заболел спиннерами! Их крутили все от мала до велика! Нас просто завалили деньгами! В общем, плюшелет и все, что ты видела, это все благодаря ему! Вот такая история… Прилетели!

Плюшелет приземлился точно на поляне.

– Пока, моя новая подруга, мне пора… И вот – держи на память!

Плюша вложила в руку Мики небольшую коробочку в форме мидии.

– Это тебе от меня!

Она шевельнула ушами, широко улыбнулась и закрыла дверь. Плюшелет поднялся над крышей дома, Микаэла смотрела вверх, задрав голову… Когда плюшелет скрылся, она разжала кулачок и открыла коробочку. В ней лежали плюшники!

Микаэла и Настя

Дверь на террасу была не заперта.

Микаэла тихонько зашла в дом и огляделась по сторонам. Все было на месте, как будто ничего и не произошло. Посреди комнаты стоял огромный диван, заваленный подушками, на люстрах висели новогодние игрушки. Сколько Микаэла себя помнила, они всегда там висели, будто Новый год не кончался. Над окнами висели карнизы, на которых не было штор, это тоже было всю Микаэлину жизнь. Ведь она как родилась, так и прожила в этом доме все свои десять лет.

Под лестницей, ведущей на второй этаж, лежал огромный белый медведь, подаренный мамой на второй день рождения Микаэлы. Все было уютно и знакомо и тем самым удивляло: произошли такие невероятные события, казалось, что весь мир переменился, а, видимо, никто ничего не заметил.

Настя мыла посуду на кухне. С тех пор как уехала Халида, это была ее обязанность. Насте, конечно, это не очень нравилось, но она делала все очень тщательно и старательно, даже иногда высказывала замечания другим членам семьи, когда те мыли посуду не очень чисто.

Настя училась в восьмом классе, считала себя взрослой девушкой и, когда знакомилась с новыми подругами, говорила, что ей шестнадцать, хотя на самом деле ей было четырнадцать.

Настя была доброй девочкой и очень симпатичной, правда, такой она становилась ближе к обеду. Вернее, симпатичной она была всегда, а доброй становилась чуть позже – в общем, как мама.