Мика и Плюша

Еще у этого чудесного комочка четыре маленьких ножки, на которых он может быстро-быстро бегать, хотя, когда Микаэле встречались померанские шпицы, они чаще всего сидели на руках у тетенек с большими губами или у них под мышкой… Кстати, почему это место у человека называется «мышка» и как под ней можно сидеть, тоже совершенно непонятно!

У ее померанского шпица был бы очень веселый характер, звонкий лай и неутомимый нрав! Микаэла представляла, как бы она бегала с ним по поляне, играла в мячик и в догонялки, кормила вкусными косточками и тискала, тискала, тискала… Но завести собаку не разрешали родители.

Ее сестра Настя все время сидела в своей комнате и переписывалась по телефону с подругами, мама и папа были постоянно заняты на работе или смотрели в свои телефоны. Микаэла часто оказывалась предоставлена сама себе, хотя, честно сказать, иногда ей даже нравилось оставаться одной и мечтать. Вот только когда долго мечтаешь, в какой-то момент понимаешь, что все, что ты намечтала, – только мечты, и тогда становится грустно и мечтать уже не хочется.

Хорошо, конечно, если в этот момент проголодаешься, тогда можно пойти и поднять себе настроение, а если есть не хочется? Хотя такое бывает редко…

Вот с такими мыслями Микаэла смотрела на дворик своего дома, где, помимо лужайки, были еще деревья и кустарники. Там росли яблони, на которых почти не было яблок, и кусты, на которых почти не было ягод. Зато у забора возвышалась, отбрасывая тень почти на весь двор, огромная береза. Папа и мама рассказывали, что посадили березу, когда построили этот дом, и что тогда она была тоненьким прутиком, совсем тоненьким! А теперь это было гигантское дерево с толстенными ветками, закрывающее полнеба.

Еще во дворе росла большущая елка. На Рождество мама вместе с Микаэлой, Халидой и Настей вешали на нее гирлянды и игрушки, а когда праздники проходили, елка еще долго стояла украшенной, до самой весны, когда уже таял снег и проступала первая зеленая трава. Тогда мама просила Халиду снять гирлянды и игрушки. А теперь, когда Халида уехала, игрушки, наверное, будут висеть весь год. Нужно придумать летние игрушки, чтобы не казалось, будто зима остается здесь навсегда.

Так думала Микаэла, глядя на двор из окна, и ей было то радостно, то печально, как это обычно бывает у маленьких девочек, а может, и не только у маленьких, потому что и у ее мамы тоже быстро менялось настроение, и у Насти. Да и в кинофильмах, которые любила смотреть Микаэла, женщины то веселились, то грустили.