Не доллар, чтобы всем нравиться

Я понимаю, что ты хочешь сказать, – он указывает на значок «Я ЗА ФЕМИНИЗМ», – но я надеюсь, что и ты меня поймешь. – Директор снимает очки, открывает другой ящик стола и достает салфетку из микрофибры. – С возрастом, сталкиваясь с установившимися в обществе нормами, ты, скорее всего, будешь не раз замечать за собой злость, – говорит он, протирая стекла. – Взросление отчасти состоит в том, чтобы научиться реагировать на это продуктивно.

Он полирует стекла без всякой спешки, и каждая секунда промедления мучит все больше, потому что я чувствую: мне не понравится то, что сейчас будет.

– Давай, к примеру, обсудим твои взаимоотношения с Леном.

– Я…

– Выслушай меня, Элайза. Вы сотрудники. Вы равные. Сейчас создается впечатление, что у тебя много неприязни по отношению к нему, и это можно понять. Ты чувствуешь, что у тебя что-то отняли. И, возможно, в каком-то смысле в этой ситуации была допущена несправедливость. Но жизнь, моя дорогая, часто бывает несправедлива. Однако правильное решение состоит в том, чтобы не углублять яму, в которой ты стоишь.

Нужно протянуть друг другу руки над траншеями, и, как сказал бы наш дорогой друг Форстер, соединить. Только соединить [4 - «Только соединить! Вот и все, к чему сводилась ее проповедь. Только соединить прозу и страсть, и тогда обе они возвысятся, и мы увидим человеческую любовь в ее наивысшем проявлении. Больше не надо будет жить обрубками. Только соединить, и тогда оба – и монах, и животное, – лишенные изоляции, которой является для них жизнь, умрут».  – Э. М.?Форстер, английский писатель XX века, роман «Ховардс Энд», перевод Н. М.?Жутовской (прим. пер.).]. – Директор встает и подходит к закрытой двери. – Для этой цели я пригласил Лена присоединиться к нашему разговору. Я надеюсь, ты не против?

– А-а… – говорю я, и он открывает дверь.

Лен устроился на одном из таких же пластиковых стульев прямо напротив кабинета доктора Гуинна. Когда дверь открывается, он поднимает голову. Димартайл сидит ссутулившись, уложив локти на колени, как будто его отправили на скамью запасных.

Толстая книга в мягкой обложке веером раскрыта в его руках.

– Здравствуй, Лен, – мягко приветствует доктор Гуинн, как будто мы все сейчас сядем приятно пообедать. – Проходи.

Закрыв книгу с легким хлопком, Димартайл встает и одним стремительным движением подхватывает с пола рюкзак. Он плюхается на стул рядом со мной и тут же отклоняется назад, так что передние ножки отрываются от пола.