Гробница Крокодила

Ну как ты не понимаешь?

Пирра от души посочувствовала молодой львице:

– Она столько всего пережила. После такого любой оробеет.

Гилас печально кивнул. За свою короткую жизнь Разбойница потеряла отца с матерью, уцелела во время пожара, землетрясения, Великой волны и выживала в одиночку во время страшной долгой зимы.

– А теперь мы ее вдобавок в пустыню притащили, – произнес Гилас. – Тут и павианы, и кобры… А вчерашние гиены?

– Ничего, Разбойница и здесь приспособится.

– Другого выхода у нее нет, так что пусть осваивается побыстрее.

 – Гилас взглянул на Пирру. – Если Разбойница не осмелеет, так и не научится охотиться сама. А значит, она никогда не повзрослеет и не станет настоящей львицей.

Сердитая и пристыженная, маленькая львица скрылась во Тьме.

До чего же она ненавидит это место! Горячий песок кусает лапы, а от мух спасу нет. Пить нечего, деревьев почти нет: даже когти как следует почесать негде! А этот черный мальчишка, который втерся к ним в прайд, вечно отвлекает ее мальчика.

Тот даже иногда забывает погладить маленькую львицу по голове.

Но хуже всего то, что здесь ей все время страшно. Змеи плюются. Мохнатые недолюди лают и щелкают зубами. А теперь еще эти чудовищные птицы. Недавно львица наткнулась на стаю собак, сгрудившихся вокруг туши самца антилопы, и попыталась их отогнать, но вышло наоборот – они прогнали ее. Львица ни разу не встречала таких странных собак: спины горбатые и пятнистые, а до чего мерзкий и хитрый у них смех! Где это видано, чтобы собаки смеялись?

Тут ветер донес до нее новый запах: поблизости заяц! Ну хоть один знакомый зверь.

Но под терновым деревом следы вдруг пропали. Чудеса, да и только! Львица принюхалась. Заяц наверху, среди ветвей! Все удивительнее и удивительнее! Львица знать не знала, что зайцы лазают по деревьям.

Она хотела запрыгнуть на дерево, но тут раздался свирепый предостерегающий рык.

С высоты на нее злобно глядел лев. Хотя нет, не лев. Этот зверь меньше, пахнет от него по-другому, а вся его шкура покрыта черными пятнами.

Пятнистый не-лев оскалил клыки и зашипел на маленькую львицу: «Это моя добыча, убирайся!»

Голодная и униженная, львица сбежала с позором и поплелась к своим людям.

Львам не пристало бояться собак или львов поменьше (даже пятнистых), а удирать от птиц и вовсе стыдно.

Что за ужасный край! Нет, львице здесь уж точно делать нечего.

Поначалу это место пришлось соколихе по душе.