Гробница Крокодила

– Это не камыши, а папирус, – возразила Пирра. – Это священное растение. Египтяне делают из его стеблей что-то вроде полотна, а писцы чертят на нем заклятия.

– Уж не знаю, как они называются, но эти растения нам не рады.

Похоже, они его услышали. Вдруг непонятно откуда налетел ветер, папирус неистово закачался и взял Гиласа в плотное сжимающееся кольцо.

– Помоги, – с трудом выговорил мальчик.

Даже с помощью Пирры он еле-еле вырвался из плена стеблей.

– Может, папирус просто не хочет, чтобы мы шли в ту сторону, – пропыхтела Пирра.

Ее рука скользнула к висевшему на груди уаджету.

– Но тогда нам придется зайти глубже.

Пирра кивнула.

– Надо возвращаться. Кем советовал идти по краю.

Гилас обратил внимание: хоть Пирра и уверена, что Кем их бросил, девочка все равно готова следовать его указаниям. Но Гилас рассудил, что вслух об этом лучше не говорить.

– Поверить не могу, что Кем просто сбежал, – произнес мальчик.

– А я могу, – с презрением бросила Пирра.

Гиласу очень не хотелось, чтобы Пирра оказалась права.

– Что, если Кем просто испугался стражников, а потом потерял нас? Может, он сейчас нас ищет!

Пирра фыркнула. Вдруг она остановилась.

– Опять идем не туда.

Гилас кивнул:

– Вернемся обратно.

Но они никак не могли найти туннель, из которого только что вышли: папирус сомкнулся у них за спиной. А ведь Кем предупреждал, что здесь все движется.

Когда Гилас и Пирра снова зашагали вперед, папирус облегчил им задачу: он расступался перед ними, заманивая путников все дальше в дебри Великой Зеленой.

Вдалеке послышалось громкое мяуканье Разбойницы: «Где вы?» К счастью, тревоги в ее голосе не слышно: только любопытство. Подражая львице, Гилас мяукнул в ответ: я здесь!

Пирра пыталась разглядеть небо сквозь папирус – видно, высматривала Эхо. Девочка покачала головой.

– Она далеко, гоняется за птицами в свое удовольствие.

Голос Пирры звучал напряженно, будто девочка храбрилась из последних сил.

– Это еще что? – вдруг прошептал Гилас.

Из густых зарослей донесся низкий рев, смахивающий на мычание: «Мву-мву».

Гилас и Пирра уставились друг на друга. Мальчик вспомнил рассказы Пирры о речных лошадях и гигантских ящерицах. Оставалось молиться, чтобы у Разбойницы хватило ума не трогать существо, издающее такие звуки.

Тут они вышли к узкому ручью.