История безумия

Генри повел руками вниз, растягивая кожу на лбу, щеках и подбородке. Он косо посмотрел на новичков – почему эти болваны не боятся? Что с ними не так? Какая разница сколько лет этим шарам, если однажды и они, и Генри встретятся в CRC со своей смертью?

– Знаете, что? Я вижу вам тут очень интересно. А я, наверно…

Охранники закатили рукава.

– Вы осведомлены о последствиях, – сказала Эмили.

Генри неожиданно расхрабрился:

– Да, осведомлен. И это удивительно. Зачем я вам нужен, если у вас есть такие замечательные добровольцы? Они такие же… как вы! Вот и берите их! А меня отпустите.

– Неужели вы не хотите здесь остаться? Перед вами – явление природы, вычеркнутое из человеческой истории. О нем никто не подозревает, в то время как вы способны узнать об аномалиях все, что захотите. Да еще и деньги за это получите.

Внутри скептического параноика что-то шевельнулось.

– Вы ведь хотели бы этого – быть по ту сторону заговора.

То, что внутри него шевельнулось, зашевелилось еще сильнее. Что-то похожее на вдохновение, на желание окунуться в эту информацию с головой.

Но сомнения слишком глубоко проникли в разум Генри.

– Если не можете определиться, ничего страшного. Все решит руководитель нашего отдела.

– Как будто он захочет уволить меня.

– Нет. Это не в его полномочиях. Но он может перевести вас в другой отдел, если вы попросите.

– В отдел документоведения?

– Честно сказать, не знаю почему некоторые новички хотят попасть в отдел документоведения. Там же скука смертная.

– Для некоторых смертная скука – самое то.

– Хорошо. Если вы захотите, вас переведут туда.

– Переведут? На самом деле?

– Если мистер Колленберг примет такое решение, то – да. Он внимательно относится к пожеланиям сотрудников.

4

Алоис стоял перед стеклом и смотрел на Большую проблему. Он скучал, несмотря на то, что находился перед страшным творением природы.

Алоис старался о ее опасности не думать. Он размышлял о других вещах. Например, о том, что ядро светилось с достаточной силой, чтобы вечером можно было экономить на электричестве.

Оно освещало лабораторию холодными голубыми лучами, и Алоис подумал, что ядро следовало бы назвать «Холодное солнце», но затем он отмахнулся от этой мысли, посчитав, что «Большая проблема» лучше соответствовало природе ядра: если бы не оно, Алоис сейчас не находился бы здесь, не убивал своими экспериментами людей, и вообще в городе было бы гораздо спокойней.

Конец ознакомительного фрагмента.