Искушение на Фиджи

Тот не ответил и не перезвонил ей. Она не хотела осматривать город.

Ливия ненавидела Лос-Анджелес. И Калифорнию. Хотя этот штат называли золотым из-за обилия солнца, ее жизнь там была мрачной.

Сначала она наслаждалась новизной. По сравнению с Неаполем и Римом все казалось ей огромным. Даже небо и солнце выглядели выше и ярче. Но затем в ее жизнь пришло одиночество. В США у нее не было друзей. В отличие от Массимо, который свободно говорил по-английски, Ливия плохо знала этот язык. Стеклянный дом, в котором они жили, находился в двадцати пяти милях от центра Лос-Анджелеса.

Массимо, очень закрытый человек, сознательно выбрал дом вдали от посторонних глаз. У них не было соседей. Домашний персонал говорил только по-английски и по-испански.

Ливия затосковала по дому.

Массимо ее не понял. И даже не пытался понять.

Но с тех пор, как она вернулась в Италию, ее жизнь не стала веселее.

Она зевнула и посмотрела на Массимо. Его перегородка снова была поднята, он стучал пальцами по клавиатуре.

Они не разговаривали.

Ей принесли подушки и пуховое одеяло, она разложила свое кресло в кровать, потом пошла в ванную, где надела пижаму, умылась и почистила зубы.

Она подумала о спальне самолета и удобной двуспальной кровати. Ей стало не по себе, когда она вспомнила те славные часы, которые они с Массимо проводили на той кровати.

Массимо встал и потянулся, когда Ливия вернулась в салон, сжимая в руке косметичку. Это была та же самая косметичка, которой она пользовалась, пока они были женаты.

Сердце Массимо замерло.

Ливия выглядела моложе без макияжа и в пижаме. И уязвимее.

– Я решил выпить перед сном, – сказал он. – Присоединишься ко мне?

Ее темно-карие глаза удивленно сверкнули, а потом уставились на его кресло, которое он разложил в кровать.

– Ты закончил?

Он кивнул:

– Извини, что так долго. Мне не следовало засыпать.

Ее пухлые губы изогнулись в едва заметной улыбке.

– Я хотела тебя разбудить, но ты выглядел измученным.

– Почему ты не хочешь лечь в нашу кровать? – спросил он.

Она слегка нахмурилась:

– Я посплю здесь, спасибо.

Он достал бутылку своего любимого виски и два бокала из бара. Стюардесса принесла ведерко со льдом. Массимо взял у нее ведерко и, выгнув бровь, вопросительно посмотрел на Ливию.

Немного помедлив, она кивнула.

Когда стюардесса приглушила свет и вышла, он налил виски и протянул бокал Ливии.

Она тихо поблагодарила Массимо, избегая его взгляда и прикосновения.