Пустые комнаты

Между кранами не было перегородок: ни дверцы, ни шторки, ни поддона, в который можно поставить шампунь. Только бледная плитка, три раковины и блестящий хром новых кранов.

– Так и будешь смотреть, как я моюсь?

– Я еще не вполне доверяю тебе.

Открыв книгу в мягкой обложке с обтрепанными углами, Говард углубился в чтение. На обложке было изображено некое строение, напоминающее Ведьмин дом. На переднем плане – кривая береза, облепленная не то ведьмиными метлами, не то черными птицами, не то их гнездами. И все это на фоне меланхоличного неба, которое вполне могло принадлежать кисти Альфреда Сислея.

Его профиль четко вырисовывался на фоне плитки. Интересно, сколько раз он ломал нос? Я не мог избавиться от мысли, что этот тип может убить меня, стоит повернуться к нему спиной. Но делать было нечего: от меня несло, как от мешка со сгнившими овощами, а флиска задеревенела от крови.

– Вода прохладная, но ты привыкнешь.

Ледяные струи ударили в плечо, точно приклад. Толчок не был сильным, и все же он едва не свалил меня с ног.

– Прохладная? ПРОХЛАДНАЯ? ДА ОТ МЕНЯ СЕЙЧАС ПАР ПОЙДЕТ!

И начал намыливаться.

* * *

Когда я перекрыл воду, в тишине продолжали стучать мои зубы. Говард по-прежнему таращился в книгу с отрешенным видом. Я бросился к сумке и начал быстро одеваться: натянул трусы, две пары носков, футболку, толстовку, спортивные брюки и беговые кроссовки, сверху набросил куртку. Постепенно меня перестало колотить, и я почувствовал себя в разы лучше.

Говард провел мне небольшую экскурсию по особняку. Мы шли по обветшалому коридору второго этажа, который, вероятно, ничуть не изменился за последнюю четверть века, а именно – выглядел так, будто его возраст исчислялся столетиями.

– Какое твое полное имя?

Он остановился в дверях комнаты с чучелом головы лося и камином. Теперь кровать была застелена. Вот где он спит.

– Говард Холт.

Впервые слышу. Конечно, с таким же успехом он мог назваться Даффи Даком.

– Ты с Верхнего полуострова?

– Ну, я живу на Верхнем полуострове уже некоторое время.

– Ты из Мичигана?

Он промолчал. Его голос не выдавал акцента – никакого, вообще.

– Зачем тебе особняк?

– Я же сказал, что готовился к встрече с тобой.

– Хочешь сказать, что купил Ведьмин дом для того, чтобы засунуть меня в подвал?

Как курицу – в курятник, в который не представляет труда заглянуть с ружьем или с газовой горелкой для опаливания перьев.