Битва над бездной

– Интересный человек этот таксист, – заметила Елена, когда отошли от машины на почтительное расстояние.

– Я тоже нахожу его таким, – согласился Эди, – только не пойму, отчего он не поинтересовался, как я устроился, доволен ли номером.

– Наверно, спросил у администратора, – предположила Елена, беря Эди под руку.

– Не проще ли было спросить у меня?

– Это выглядело бы как желание услышать вашу благодарность, а он не захотел.

– Гордый?

– Да, разве не заметили?

– Заметил, как и то, что он озлоблен на верхи.

– Во многом Антон прав, когда говорит о неурядицах в нашей стране и безответственности некоторых вождей, – неожиданно обронила Елена и испытующе взглянула на Эди.

– Елена, приберегите эти оценки для Моисеенко, там они будут к месту, но ни для меня, ни тем более для моих коллег. И вообще, не делайте таких оценок, это будет истолковано как политическая безграмотность, – порекомендовал ей, легко улыбнувшись, Эди.

– Тогда почему вы молчали, когда таксист обливал грязью перестройку? – улыбнулась она.

– А вы хотели, чтобы я ему представился и потребовал прекратить антисоветчину пороть? – пошутил Эди.

– Нет, конечно, но как-то не согласиться с его доводами можно бы?

– Я посчитал, лучше послушать и сформировать свое представление о нем и не позволить ему это сделать о себе, – пояснил Эди.

– А-а, вот вы как? – рассмеялась Елена. – Выходит, я правильно сделала, что раззадорила его своим вопросом.

– Вы этим же принципом руководствовались, когда согласились с его рассуждениями относительно неурядиц в стране в надежде получения моей реакции на это? – усмехнулся Эди.

– Вы меня обижаете своим недоверием, мой дорогой папин друг, – промурлыкала Елена, прижав его локоть к груди. – Поймите, я просто хотела понять, как вы относитесь к тому, что говорил Антон.

– Елена, должен признать, что вы действовали правильно, когда заставили таксиста разговориться, – заметил Эди, не реагируя на ее «мурлыканье».

– И он разговорился, так как ответственности никакой не чувствовал за свой длинный язык.

– Елена, его и сейчас можно бы приструнить, но стоит ли, вот в чем вопрос, ведь Антон не митинговал и не призывал к свержению власти, которой, точнее сказать, отдельной категории людей во власти, он не доверяет, – спокойно заметил Эди. – Поэтому, я думаю, нам надо терпеливо относиться к его высказываниям.