Прочь от одиночества

Так что любые задержки противопоказаны.

Весь проект держался на этой сделке по продаже. Без земли постройка больницы, а следовательно, и сохранение памяти о Пиете – лишь пустые слова.

Однако Даниель гневно взглянул на сестру:

– Рисковать собой тоже нельзя.

– Но Пиета рисковал, – упрямо возразила девушка. – Я сама могу решить, как мне поступать, и потом, я считаю, вы преувеличиваете.

– Что???

И снова Маттео вмешался в назревающий конфликт, подняв руку.

– Франческа, мы оба понимаем, что ты хочешь почтить память Пиеты, – и разделяем твое желание, – но пойми, нас беспокоит твоя безопасность.

У Филиппа огромный персонал. Я уверен, для него не станет проблемой найти кого-то для того, чтобы тебя сопроводили завтра на Кабальерос.

От Франчески не укрылся предостерегающий взгляд Маттео, который тот бросил на Даниеля. Брат, должно быть, истолковал взгляд правильно, потому что кивнул, а потом вновь взглянул на Франческу.

– Ты будешь исполнять все их указания. И не станешь бессмысленно рисковать собой, поняла?

– Это означает, что ты в команде?

– Да, – со вздохом ответил Даниель.

 – Может, уже вернемся к родным? Маме отчаянно нужна наша помощь.

Франческа кивнула. Теперь, когда она получила от братьев то, что хотела, тяжесть в груди немного уменьшилась.

– Итак, подведем итог. Я позабочусь о легальной стороне вопроса, Даниель берет на себя строительство, а Маттео отвечает за медицину. А ты, Наташа? Не желаешь заняться освещением этого события в прессе?

Наташа была женой Пиеты всего год, но до свадьбы они были шесть лет помолвлены – и Франческа решила дать своей робкой невестке шанс принять участие в их замысле.

И потом, освещение в прессе – это признание и деньги.

Наташа пожала худенькими плечиками.

– Я могу, если нужно, – прошептала она.

– Ну, вот и договорились. – Франческа поднялась и повела плечами, чтобы снять сковавшее ее напряжение.

Теперь, когда братья на ее стороне, можно почтить память Пиеты, которого она так любила. А завтра начнется тяжелый труд.

Франческа поднялась по трапу на борт самолета – солнцезащитные очки закрывали глаза от яркого солнца. Экипаж поприветствовал ее печальными улыбками. Пиета был поистине удивительным человеком, вдохновлявшим своих людей. Его любили и потому искренне горевали сейчас. Если бы не тяжесть на сердце и некая заторможенность движений и мыслей после выпитого вчера вина и недостатка сна, можно было бы от души насладиться полетом на самолете брата.