Волшебные греческие ночи

Затем он взял ее за руку и вывел на танцпол.

Оркестр заиграл вальс, и они закружились в танце. Гианнис оказался великолепным партнером. Он легко вел ее в танце. Табита не могла оторвать от него взгляда, остро чувствуя его близость и приятный аромат одеколона с сандаловыми нотками.

Она твердила себе, что это их первый и последний танец. Ей следует исчезнуть под каким-нибудь благовидным предлогом, как только закончится танец. Да и он вряд ли захочет с ней еще танцевать. По слухам, на бал приглашена сотня потенциальных претенденток на роль будущей супруги.

Вальс подошел к концу. Табита разочарованно вздохнула. Пары расходились с паркета.

Однако Гианнис и не думал выпускать ее из объятий.

– Вы ведь и сами не думаете, что я отпущу вас после одного танца? – шепнул он ей на ушко.

У Табиты дух перехватило, когда его теплое дыхание коснулось ее щеки.

Разум подсказывал ей, что нужно отказаться, но воля была парализована. Табита ничего не могла с собой поделать и снова положила руку ему на плечо.

Все доводы о том, что ей следует покинуть бал, испарились с первыми аккордами музыки. Ей было так хорошо в объятиях Гианниса, что не хотелось ни о чем думать.

За вторым танцем последовал групповой полонез, затем снова вальс, фокстрот.

Наконец Гианнис увлек ее с паркета к одному из столиков, чтобы выпить шампанского. Он сделал знак проходившему официанту, и тот принес им два бокала золотистого напитка.

Во время танцев они не перемолвились и словом.

– Не желаете ли перекусить? – спросил он. Табита отрицательно покачала головой.

– Вы не очень-то разговорчивы, – снова заметил он.

По опыту он знал, что женщины обычно мелют всякую чепуху, лишь бы заполнить паузы. Его младшая сестра Ники тому пример. Их мать порой шутливо замечала, что у дочки язык без костей. Вот и сейчас он видел, как сестра о чем-то весело щебечет со своим кавалером, не давая тому вставить и слова.

Табита пожала стройными плечами.

– Я говорю, когда мне есть что сказать.

Он рассмеялся.

– А сейчас вам есть что сказать?

Девушка снова покачала головой.

– Я думал, что в Беддингдейлзе учениц обучали светским манерам, в том числе умению вести светскую беседу, – шутливо заметил он.

В васильковых глазах Табиты промелькнула усмешка.

– Я прогуливала эти занятия, – парировала она.

Гианнис улыбнулся.

– Чего нельзя сказать о занятиях танцами.