Знаю, позовешь меня

Казино было изысканным, богатым и с отличной репутацией. Оно было построено джентльменами для джентльменов в то время, когда женщинам запрещалось ходить в подобные заведения. Кроме того, это казино хотел приобрести его отец, но у него ничего не получилось. Эта неудача мучила Сальваторе до самой смерти.

После почти сорока лет исключительного владения казино британским аристократом, сэром Годфри Ренфрю, казино выставили на продажу.

Франческо хотел его купить. Он два месяца очаровывал Годфри Ренфрю, уговаривая его продать ему казино.

Годфри так ненавидел покойного Сальваторе, что встретился с Франческо только через месяц.

Если шпионы Франческо правы, то на казино положил глаз Люка Мастранджело.

Это означает, что Франческо не имеет права отвлекаться от сделки. Однако за час до открытия клуба он отдавал приказы своему менеджеру зарезервировать лучший столик в клубе для Мелани Чепмен и ее подружек.

При обычных обстоятельствах свободные столики предназначались только для избранных ВИП-гостей.

Он не надеялся, что Ханна придет с сестрой.

Но та пришла, и теперь он постоянно отслеживает ее на камерах наблюдения.

Ханна героически старалась заставить свои ноги двигаться в такт музыке, понимая, что танцует чудовищно плохо. Однако это не отпугнуло мужчин. К ее огорчению, некоторые из них страдали от, как называла ее сестра, синдрома блуждающих рук. Один из них особенно часто «случайно» терся о Ханну. Когда его рука скользнула по ее попке в первый раз, Ханна просто отошла от него в сторону.

Когда он во второй раз попытался схватить ее за ягодицы, она одарила его улыбкой и вежливо попросила этого не делать. Он убрал руку. На десять секунд. Когда он стал лапать ее в третий раз, она «случайно» наступила ему на ногу. А теперь это отродье «случайно» задевает рукой ее грудь и трется о ее спину.

Неужели женщинам нравится такое приставание?

Как только Ханна пожалела, что не надела туфли на шпильках, чтобы хорошенько врезать надоевшему ей мужчине, на танцполе появился человек.

Это был Франческо. Толпа расступилась перед ним.

Сестра Ханны перестала танцевать и уставилась на него с раскрытым ртом. Ее подружки вытаращились на него тоже. Они были так взбудоражены, что казалось, будто их ноги двигаются отдельно от тел.

Неудивительно. Будучи на голову выше любого человека на танцполе, он привлек бы к себе внимание, даже если бы был одет в какое-нибудь тряпье. На нем были отглаженная черная рубашка с открытым воротом и темно-серые брюки.