Замужем за врагом

– Я не жду, что ты будешь наслаждаться моим обществом, но, когда мы окружены другими людьми, я хочу, чтобы ты относилась ко мне с уважением и обожанием. Начнешь прямо сейчас.

– С обожанием? – фыркнула Елена и села напротив, скрестив ноги.

– Ты не читала контракт? Там четко прописан этот пункт.

Она подняла на него взгляд и покраснела. Габриель понял: она знала, что он увидел.

– У тебя есть какие-нибудь вопросы по контракту?

– Постельные дела…

– Не обсуждаются, – оборвал ее Габриель.

 – Наш брак будет традиционным, и в нем должен родиться ребенок.

– Мы можем воспользоваться искусственным оплодотворением. – В голосе Елены сквозило отчаяние, но ей было все равно. Как можно спать с человеком, которого ненавидишь?

Габриель громко захохотал. Впервые за все время искренне.

– Нет. Мы сделаем ребенка обычным способом. Тогда все поверят, что наш брак настоящий. Если принять во внимание то, что случилось между нашими семьями, мы окажемся под пристальным вниманием журналистов.

Нашу прислугу возьмут в осаду, ей будут предлагать такие деньги, что не смогут устоять даже святые. Мы будем спать вместе, и точка.

Елена зажмурилась, и ей захотелось оказаться как можно дальше от этого кошмара.

Как и обещал Габриель, все пункты контракта были прописаны очень четко, и она пожалела, что там так мало слов, чтобы можно было снять напряжение.

«Процедура развода возможна по инициативе Стороны 2, Елены Риччи, только в случае успешного зачатия, о чем она должна уведомить Сторону 1, Габриеля Мантенья, который не станет препятствовать расторжению брака».

Там были еще более длинные предложения, касательно совместной опеки над их несуществующим ребенком, в которых говорилось о том, что Габриель имеет право решать вопросы образования и «морального воспитания» ребенка, что бы это ни значило. Он включил в контракт ее требования, а также указал, что членам ее семьи не разрешается видеться с их ребенком, иначе Елена лишится права на совместную опеку, и он станет единоличным опекуном.

Елену затрясло от ярости оттого, что Габриель собирался использовать невинного ребенка в качестве заложника. Какое отвратительное чудовище могло придумать такое?

И ее тут же кинуло в жар, когда она представила, что будет делить с ним постель.

Она никогда не спала ни с одним мужчиной.