Тайны Нельской башни

– Внимание, друзья! Господин граф уже стучит в эту проклятую дверь…

– Какой храбрец!

– Что и не удивительно, ведь он королевских кровей!..

Валуа так спешил, что действительно сам постучал в дверь. Лучники вздрогнули и перекрестились.

– Жийона, Жийона! Что означает весь этот шум?

Измученная той сценой, что закатил ей отец, после отбытия мэтра Леско так еще и не сходившая с места, Миртиль, у которой доставало сил лишь только плакать, при звуке лошадей подняла голову и без какого-либо страха прислушалась.

Даже напади на дом шайка бандитов – все ей было безразлично.

Она думала лишь о том, что покинет Ла-Куртий-о-Роз, не имея возможности предупредить Буридана, и что ее отец ненавидит того, кого сама она любит всей душой…

– Жийона, сходи посмотри, что это за люди и что им нужно!

Жийона уже открывала ворота.

Вошел Валуа.

– Она здесь? – тихо спросил он.

– Да, монсеньор.

– Где находится проклятие?

– Наверху, в спальне, в изголовье кровати вы увидите скамеечку для моления.

Над ней висит образ Богоматери, под ним – кропильница. Я убрала из нее святую воду. Там-то, в этой кропильнице, монсеньор и обнаружит колдовскую фигурку, подобную той, какую я ему посылала…

– Ты готова свидетельствовать, что эта Миртиль – дочь Ангеррана де Мариньи?

– Который здесь зовется мэтром Леско? Да, монсеньор.

– И что отец колдуньи участвовал в изготовлении этой колдовской фигурки?

– Да, монсеньор!

– И что он согласился дать фигурке имя?

– Да, монсеньор!

– Хорошо.

Иди в мой особняк, для тебя приготовлена комната. Останешься там до тех пор, пока не понадобишься мне. А для начала найдешь там половину условленной суммы.

– А когда я получу вторую половину, монсеньор?

– В тот день, когда Мариньи вздернут на виселице Монфокон!

На губах хитрой мегеры заиграла улыбка – столь же подлая, как и она сама. Затем, закутавшись в плащ и покрыв голову капюшоном, она вышла за ворота и, не оборачиваясь, направилась в сторону Парижа.

Валуа подозвал к себе командира эскорта и сказал ему:

– Поднимешься по лестнице в спальню, что наверху. В изголовье кровати увидишь кропильницу. Возьмешь то, что окажется в ней, и принесешь мне.

Офицер бросился выполнять указание, а граф вошел в дом, в то время как лучники, приблизившись к жилищу, окружили Ла-Куртий-о-Роз.

У некоторых натур и на некоторых физиономиях радость принимает мрачные оттенки. Валуа был мрачен от радости.