Добродетель терпения

Их сексуальная жизнь была насыщенной и полной приключений, они легко общались, их интеллекты были восхитительно совместимы. Так почему же он реагировал на подобное мимолетное касание как подросток, который никогда в жизни не овладевал женщиной? И почему он делал это из-за очень не примечательной барышни в переполненном лифте? Все эти рассуждения не остановили прилив крови и не успокоили неприятное ощущение набухания в паху. Что еще хуже, когда женщина прижималась к нему так, как сейчас, она никак не могла не заметить, что у него потихоньку встает.

Секунды текли незаметно. Дверь лифта открылась и некоторые пассажиры вышли. Правда, казалось, что количество выходящих было практически равно числу входящих. Поэтому надежда Джереми на немного больше личного пространства умерла медленной смертью в хаосе и толкотне этих людей. Порыв кондиционированного бриза коснулся шеи женщины. Ее запах, такой принятый и теплый, нежный и сладкий, донесся до него. С ужасающей предсказуемостью кровь прилила к его паху, постепенно возбуждая его член. Это, подумал Джереми, просто нелепо – это тоже был своего рода необъяснимый сюрприз для него. К тому времени, как они поднялись на 28-й этаж, его возбуждение было уже очевидным и безудержным. Наверняка, подумал он, она может почувствовать его на своей руке. Пока он размышлял над этим, женщина двинулась немного с места, чтобы поменять свою позу и встать поудобнее. В этот момент ее рука снова коснулась уже затвердевшего друга Джереми. Лишь огромным усилием воли ему удалось не задохнуться. Прикосновение было настолько легким и, почему-то, таким неимоверно приятным, как будто никто и никогда не прикасался к нему подобным образом раньше. Сила этого ощущения просто потрясла его. Она снова пожала плечами, а затем, через минуту или около того, сделала это в третий раз. При каждом движении ее рука невольно задевала его болезненно твердый член. Он дергался сам по себе, прижимаясь к ней. Джереми закрыл глаза и представил, как кричит: "Прекрати! Прекрати сейчас же!" во весь голос. Правда, это не дало ничего, что могло бы хотя бы немного ослабить его возбуждение. Затем, когда уже казалось, что время застряло в каком-то вакууме, она снова пошевелилась, на этот раз, чтобы поднять руку. Тыльная сторона ее руки скользнула по его пульсирующему члену, каждая костяшка пальцев восхитительно огибала его, а затем она потянулась и крепко взялась за плечевой ремень своей сумочки.