Паутина лжи

Замечаю, как она стремится уединиться и провести вместе время, но этих моментов избегаю.

У меня впереди шикарный отдых, жена, семейные дела, и не стоит продолжать беспорядочную связь вне брака. Безусловно, в физическом плане тянет к тем страстям, которые может предложить Виктория, но умом понимаю, что до добра наш секс не доведет.

– Так и будешь от меня шугаться? – подлавливает на подземной парковке после работы.

От неожиданности я даже теряюсь. Девушка демонстрировала себя настолько независимой и отстранённой, что теперь непонятны ее попытки навязаться.

– Виктория Алексеевна, о чем вы? – равнодушно реагирую.

– Родион, не прикидывайся идиотом, – смотрит с укором. – Специально это делаешь? Чтобы показать, что нуждаюсь в тебе? Хорошо! Я скучаю, и хочу близости, не понимаю, что произошло и по какой причине ты так холоден. Что я сделала не так? Чем не угодила?

Смотрю на Вику и понимаю, что в данный момент она уязвима. Подобные признания даются девушке тяжело, ей как будто сложно осознать, что без меня тоскливо.

– Вик, мне кажется, мы погорячились. Секс, страсть, все чудесно, но… присмотрись к Вите. Так будет лучше и для тебя, и для меня, – отвечаю сдержанно.

– Ты серьезно? – ее голос звучит нервно. – Я что, игрушка? Сначала говоришь "моя" и не хочу делить, потом – "иди гуляй, Вика", да подцепи другого мужика. Не будет дергать, что сплю с твоим сотрудником? А? Говорить все хороши, а когда разделю с ним постель? Стану извиваться на члене Виктора, как на твоем, ничего не кольнет внутри? – подходит ко мне максимально близко и прожигает глазами.

– Я улетаю с семьей на отдых, ты птица вольная, делать можешь что угодно.

– А-а-а-а, вот почему такое поведение. Нужно ведь как-то оправдать свой трах с Сашенькой, ваш отдых, уси-пуси. Я то зачем на ближайшую неделю или две, у тебя будет старуха под рукой, которую усиленно начнешь удовлетворять, чтобы не догадалась, что в голове и мыслях другая.

– Не неси чушь, и хватит преследовать. Мне пора, – открываю дверь и сажусь.

– Нет, тебе не пора! Мы еще не договорили, – начинает злиться Вика. – Со мной так нельзя, понятно тебе? Я доверилась, открылась, ни слова не сказала твоей жене и веду себя более чем прилично, неужели заслуживаю такое отношение?

– И у стен есть глаза, рано или поздно сотрудники все увидят и пронюхают, я не готов жертвовать семьей ради затейливого траха, – отвечаю честно.

– Значит, я всего лишь трах, так? – хватает меня за локоть.