Подонок

Лучше бы прикупила себе белье и устроила мне жаркую ночь, чем утку яблоками фаршировать, как одержимая.

Открываю дверь и захожу в квартиру. Дома пахнет валеринкой и еще каким-то лекарством.

– Обязательно было посылать ко мне свою малолетку? – слышу позади спины и оборачиваюсь.

За пару дней, которые я не видел Наташу, она заметно осунулась и даже похудела. Ощущение, что без конца плакала и совсем ничего не ела.

– О чем ты вообще? – искренне не понимаю.

– Твоя новая любовь приходила к нам домой, рассказать о ваших неземных чувствах, – продолжает чуть слышно.

– Не говори чушь, она бы не пошла. Слишком воспитана для таких вещей и умна, – отвечаю жене. – Тебя не красит клевета, взрослая женщина, в матери девчушке годишься, а действуешь как подросток.

– Правда? Только я не вру. Маша приходила и оскорбляла меня. В дом, где живу не только я, как помнишь, а еще и твоя родная дочка.

– Как дела у Алисы? – игнорирую наезд.

– Сам не желаешь узнать? Ушел и все. Считаешь, что ребенку не стоит ничего объяснять?

– Так объяснила бы, а то занимаешься херней, сочиняя истории о моей Машуле.

Села бы лучше и провела с дочерью беседу, на тему «как не нужно жить», чтобы довести свою семью до развода. Ты в этом преуспела, Нат, вот и поделись с ребенком. Ей еще замуж выходить, ужасно, если пойдет вся в тебя и скатится на уровень поломойки с котлетами в руках.

– Чудовище, – срывается Наталья и лупит меня в спину. – Негодяй! – продолжает истерично.

На очередной взмах ловлю ее за запястье и заявляю:

– Еще только раз, долбанная кашолка, ты поднимешь на меня руку, получишь ответ.

Больше не предупреждаю.

– Молодец, начни на старости лет еще и женщин бить, удиви!

– Старость лет – это у тебя, а у меня молодость и вся жизнь впереди. Возможно, детей с Машей родим, пока ты вяжешь очередную партию носков.

– Нужны ли они твоей малолетке? Видела ее. Ничего не скажешь, Лев, вкус у тебя не очень, как оказалось, – пытается уколоть.

– Таков он был, когда я тебя встретил.

Молодость, неопытность – сыграли со мной злую шутку. Повелся на моль.

– За что ты так меня ненавидишь? Что я тебе сделала? Что? Родила дочку? Хранила уют в доме и старалась для всех нас? Откуда эти потоки желчи? Разлюбил? Уходи, я не держу, но все эти помои, для чего они?

– У меня нет к тебе ненависти, но есть злость за то, что ты угробила двадцать пять лет моей жизни, лишила радостей секса, разнообразия и полноты существования.