Твои тьма и свет. Проклятье Авелора

Как он единственный во всём дворце знал о её планах и безоговорочно поддерживал. Рид тепло улыбнулся при упоминании юноши, но от просьбы рассказать про их дружбу ловко увильнул.

Не рассказала она только о безумной старухе-предсказательнице, ворвавшейся в её дом и навсегда изменившей её жизнь.

Когда Эрин закончила, на душе было легко и приятно. И тьма вокруг расступалась на заре нового дня.

– Где мы сегодня ночуем? – спросила она.

– Остановимся у тех руин.

Эрин улыбнулась и посмотрела в указанном направлении.

В лучах восходящего солнца розовели наполовину обрушенные стены. Сейчас они выглядели вполне безопасными, давно покинутыми. От крыши не было и следов, очертания залов лишь угадывались – когда-то дом был большим, но теперь от него остались только каменные стены. Зато они здорово защищали от пронзительного ветра, разыгравшегося под утро.

Они устроились под одной из них, Рид снова разложил свою огромную накидку-одеяло, но они ещё долго не спали и просто разговаривали. Слова лились так легко, будто и не было между ними только недавно стены отчуждения.

Впервые за всю дорогу Эрин засыпала в прекрасном настроении. И старалась не думать о том, что завтра утром она уже будет в столице и жизнь снова кардинально переменится.

– Даниэль, – сквозь сомкнутые веки сказал Рид, лежавший неподалёку.

– Что?

– Меня зовут Даниэль.

Эрин просто улыбнулась в ответ. Конечно, она помнила его имя.

Сон навалился мгновенно, но был таким липким, неприятным, будто она увязла в болоте.

Трясина медленно утягивала на дно, а надежда выбраться утонула раньше неё самой.

Сначала у сна не было сюжета. Она просто ощущала все эти мерзкие чувства, но распахнуть глаза не могла. А потом из тьмы вокруг соткался замок – тот самый, где они остановились на ночлег. Он был ещё больше, чем запомнился на подъезде. Стены были целы, но бесконечно глубокое звёздное небо заменяло крышу.

Эрин шла по широким коридорам, и ледяной пот катился по спине. Сложно было сказать, что именно так пугало её – внезапное одиночество, мёртвая пустынность этого места или неясные предчувствия.

Ей бы стоило остановиться, попробовать выйти наружу, но ноги как заведённые несли вперёд.

Гулкое эхо шагов разносилось по огромным залам далеко за пределы видимости. Оно тонуло в черноте перед ней, а потом возвращалось. И в промежутках между собственными шагами Эрин казалось, что она слышит чей?то голос.

Чем дальше, тем сильнее и громче звучал вкрадчивый шёпот.