Огненный стяг. Дом Земли

– Чем собираешься заняться на каникулах?

На Лину вдруг накатило раздражение. К чему этот вопрос? Ясно же, раз отец перестал присылать деньги, придётся экономить.

– Буду сидеть дома, за компьютером, что же ещё?

Мать никак не отреагировала на этот выпад, и Лине стало стыдно.

– Ну, может, почитаю книжки, что ты для меня отложила, – примирительно добавила она.

Покончив с борщом и отказавшись от чая, Лина вытерла крошки со стола и принялась мыть посуду.

– Мне нравится твой план насчёт книг, но я хочу предложить тебе нечто другое.

 – Маргарита поднесла чашку к губам и с удовольствием вдохнула аромат только что сваренного кофе. – Скоро я возьму небольшой отпуск, и мы поедем навестить мою тётю.

– Кого?

От удивления Лина выронила из рук тарелку, и та с грохотом упала в раковину, чудом не разбившись.

Кроме матери и отца на старом снимке, она никогда не видела других родственников. Бабушки и дедушки умерли ещё до её рождения, а про какую-то тётку она вовсе ничего не слышала.

– Двоюродную тётю, – уточнила мать. – Погостим у неё.

– А где живёт эта твоя тётя? – Робкая надежда, что это какая-то глупая шутка, ещё теплилась в Лине. Что может быть скучнее поездки к незнакомой престарелой родственнице?

– В деревне.

Надежда погасла.

– Ты хочешь отвезти меня в деревню? Надолго?

Мать пожала плечами.

– Но зачем? – Румянец возмущения вспыхнул на лбу и щеках девушки.

– Так надо. Скоро ты всё поймёшь.

Лина схватилась за голову.

– Ты всё время так говоришь, но никогда ничего не объясняешь! – закричала она, сверля мать взглядом полным праведного гнева.

Однако Маргарита уже приняла решение, и спорить было бесполезно. В некоторых вопросах эта мягкая, а временами, по мнению дочери, даже безвольная женщина, становилась твёрже скалы.

– Там хоть интернет есть? – спросила Лина тоном приговоренного к вечной каторге.

– Боюсь, что нет. Зато там красивая природа и свежий воздух…

– Ну, спасибо тебе. Худших планов на лето у меня ещё не было.

 – В сердцах бросив полотенце на стол, девушка покинула кухню.

Захлопнув дверь своей комнаты, она рухнула на кровать и заплакала, обхватив руками старого плюшевого лягушонка – единственного верного друга и безмолвного утешителя.

Обида на отца, Олега, мать, всю несправедливость этой жизни и саму себя солёным потоком хлынула из глаз. Все хотят от неё избавиться. Никому она не нужна.

От этих мыслей стало ещё горше, и Лина зарыдала сильнее.