Тёмный мёд. Сборник произведений

Там все покрыто лаком, отполировано и блестит показным слащавым сиянием, там суки всегда медленно танцуют, потом медленно сбрасывают шелковые платья, медленно имеют брюнетов и медленно уходят во тьму, а здесь… здесь тьма имеет тебя. Быстро и яростно, и прямо сейчас. И единственная сука, которая тебя ждет, сто тысяч лет не красилась, она прячется за твоей спиной и подмигивает пустой глазницей. Твоя вечная любовница, твоя верная жена, твой последний ангел. Улыбается беззубым ртом, кутается в белый балахон и машет косой.

– Косой! – крикнул Винни.

Силуэт, висящий на краю крыши, дернулся и еще сильнее вжался во тьму. Винни казалось, что он отчетливо видит скрюченные от боли и холода, белые, покрытые сморщившейся от воды кожей пальцы, вцепившиеся в склизкий проржавевший поручень на краю здания. Словно видит этот растянувшийся в предсмертной гримасе рот и неестественно большие уши, торчащие из-под съехавшей набекрень шляпы.

– Не двигайся, и я помогу тебе, – громко, чтобы его было хорошо слышно, сказал Винни.

 – Твоя дерьмовая жизнь никому не нужна, однако не стоит так глупо расставаться с ней, парень. Твое чертово прошлое тянет тебя на дно, а я – твой спасательный жилет. Твой чертов ангел хранитель, который стоит тут, в этом воняющем городе, на этой гниющей крыше, в мокрых насквозь ботинках – только для того, чтобы спасти твою дерьмовую жизнь.

Висящий заскулил, или Винни так показалось. Они все скулят, когда под ногами пропасть, и этот – не исключение.

Мерзкий сукин сын, висящий над бездной с железобетонными стенами.

– Ты опоздал, Винни, – донеслось до него из тьмы, – и ты не понимаешь. Когда в жизни все сладко, расслабляешься и живешь так, словно это будет всегда. Словно все вымазано медом, и ты жрешь его, впихиваешь в себя через силу, и пухнешь, Винни. А потом приходит час расплаты и ты не помещаешься в дверь, в которую только что входил. Ты сожрал слишком много меда, Винни, и это – твоя проблема. Я тоже жрал когда-то, но я устал выламывать двери, и это – мой выбор.

Вся жизнь была только моим выбором, так почему бы и смерти не быть им. Мы сейчас на этой крыше, вдвоем, только ты и я и чертов дождь, и знаешь что? Я уже все решил, мне хватит меда, а вот ты, Винни… ты не сможешь прекратить жрать.

– Ты врешь, – глухо ответил Винни. – Я завязал с этим, давно, двадцать, тридцать, много лет назад.

– Нееет, – голос из тьмы дрожал, – с этим нельзя завязать, это с тобой навсегда.