Тёмный мёд. Сборник произведений

Там – дерьмо было. Грязь, песок, жара и дерьмо. А тут – просто грязь и дерьмо. И люди – дерьмо.

Саня потянулся к пачке.

– И я – дерьмо, Серега? – спросил он.

– И я, – вильнул от ответа Сергей. – Все мы – дерьмо. Надоело, если по большому-то брать. Жить в дерьме, жрать дерьмо и на дерьмо работать. Может, рванем мы с тобой, Санек, отсюда-то?

– Ха, – коротко усмехнулся Саня. – И куда ж ты рванешь? У тебя дело есть, вон, – он кивнул на вытирающего кровавые сопли Гошу, – засранца этого к Петровичу везти и отмазывать.

И самим как-то ответить нужно, потому что несерьезно клиента сливать. Да и… завтра другие дела будут, люди мы ответственные, просто так не съезжаем…

– Это ты так говоришь потому, что у тебя Машка есть. И Ванька. А у меня – никого, Сань. Понимаешь? Вот потому – не держит меня здесь нифига. Там не держало, думал, тут зацеплюсь – ан нет. Не за что. Что это твое долбанное болото – сквозь пальцы проходит, и выскальзывает наружу. Ты ее, суку, жизнь, сжимаешь под себя, а она – между пальцев.

Кулак разжал – и нет в нем ничего, не осталось ни грамма, только грязью весь изляпаешься. И дерьмом.

– Не знаю, Серега. Прав ты, конечно, в чем-то, только… на сытый желудок философствовать приятней, знаешь.

– Вот то-то и оно. За теплое и приятное уцепился, как и остальные все. Вот смотри, попроще объясню, – он достал из валявшегося на заднем сидении коробка спичек одну. – Представь себе, что люди – спички. Ровные все, красивые, как на подбор, и потенциал у них – сера. А что будет, если спичку поджечь? Вспыхнет потенциал и сгорит, к матери.

И покажется черная искривленная суть. Все такие. А забери у спички серу, что останется? Палочка, каких миллион. Деревяшка бесполезная, без цели и назначения. Так и ты, пока за родных цепляешься мыслью о нужности своей – имеешь потенциал. А не будет у тебя корней – за что держаться будешь?

– Ты сейчас о чем это? – занервничал Саня.

– Да так, философствую на голодный желудок. Поехали. Поморгай дебилу этому, чтоб садился, и погнали – жрать охота до чертиков.

Саня моргнул фарами, Гоша, кряхтя, поднялся, прошлепал по лужам к машине, открыл дверь и сел на заднее сидение.

– К Петровичу? – спросил он, отряхивая с коротких волос капельки дождя.

– В жопу Петровича, – бросил резко Сергей. – Жрать сначала.

Джип взревел мотором и понесся по разбитой лесной дороге к трассе.

* * *

В баре было дымно и душно, Сергея слегка мутило от выпитого, но он пока еще держался.