Исповедь Самбервилля

Время было позднее, из бара его вежливо попросили, и с достаточным количеством алкоголя в крови, но в недостаточно хорошем настроении, он уныло брел по заученным тропинкам.

Было даже желание покинуть этот город к чертям собачьим, потому что обостренная невостребованность и нереализованность давила на плечи.

Дамы в Самбервилле были не особо сговорчивыми, и это только лишь приумножало тоску в душе.

Фигура у дома, заставила испытать напряжение. Кто в такое позднее время мог дожидаться его?

Врагов у него не было, впрочем, как друзей и женщин.

– Господин мэр, – он облегчённо выдохнул.

С мэром у него были достаточно неплохие отношение, если это так можно назвать. Мистер Самбер на пушечный выстрел к себе никого не подпускал, был нелюдим и неконтактен.

Но несколько раз, в баре, они перекинулись парой слов, и мэр угостил его первоклассной выпивкой.

– Где тебя носит? Хватит жрать за мой счет, Рэй, – мистер Самбер схватил парня за ворот куртки и попытался сфокусировать на нем взгляд.

Свой тяжелый, холодный взгляд, которого так все боялись.

Пьян или под наркотиками?

Рэй мог отличить алкоголика от наркомана, но не сейчас.

– Бери лопату и пойдем. Ты нужен мне, – мэр наконец отпустил его, устало массируя пальцами виски.

Да что с ним? Ему плохо?

Таким Рэй его еще не видел. Слишком странный. Он не стал задавать никаких вопросов, и в два счета оказался на своем заднем дворе. Рэй схватил лопату, котораябыла почти новая.

Самбер молча шел к своему дому, а Рэй следовал за ним.

Особняк мистера Самбера был жутким местом. Он стоял здесь еще до того, как появился город и слухи о нем ходили разные. От историй о кровавых жертвоприношениях до рассказов о психиатрическом госпитале, в котором лечили или пытали душевнобольных. Была еще история, что здесь жила дама, вдохновленная и одержимая историей о венгерской графине, Эржебет Батори. Она заманивала в свой дом бедных крестьянок, кормила, обещала работу.

Говорили, на полу остались пятна крови жертв, которые так и не удалось стереть.

Пол, как и очень многое в доме, господин мэр не захотел менять. Он желал сохранить дух того времени. Все было тщательно перекрашено и переклеено, и хоть немного говорило о том, что на дворе не шестнадцатый век.

Ходила еще одна история, которая была еще более нелепа, чем остальные.