Исповедь Самбервилля

До полуночи ещё два часа, за два часа можно успеть многое.

– Я не могу использовать это место в своих целях, – неуверенно начала она.

– Это мой подарок, Джес.

Он чувствовал, что давит, но ничего не мог с собой поделать.

Ему хотелось остаться с ней наедине, хотелось поиграть с контрастами, подарить нежность и внимание, а потом смешать это с грубостью и удовольствием. Прямо на этой барной стойке, которую ежедневно лапают сотни мужских рук. Только почему малышка Джес все эти годы остается нетронутой? Все недвусмысленные фразы и предложения за столько лет не развратили её, рабочая форма, которая создана для провокации, совсем не придавала вульгарности.

Большая часть мужского населения, уже давно смирилась с «неподатливостью» официантки, но только не Самбер. Ему хотелось ощутить, как шпоры на ее сапожках, врезаются в его спину, когда он наматывает на кулак длинные волосы, и занимается любовью с ее языком.

– Мне совсем некого пригласить. Да и если я проведу этот вечер за работой, мне не придётся чувствовать себя такой жалкой, – честно призналась Джес.

Предлагать мистеру Самберу провести этот вечер вместе, она посчитала неслыханной наглостью. Он и так предлагал ей в распоряжение целое заведение. В конце концов, никто кроме нее не был виноват в том, что у нее нет друзей. А господин мэр, вполне мог согласиться, но только из вежливости, или из жалости. Как бы тогда она чувствовала себя? Как бы быстро под ногами разошлась земля и поглотила ее сгорать в своих недрах от непомерного стыда?

Но он не стал её слушать.

Не стал потакать тому, чего она на самом деле не хотела. Через десять минут бар был абсолютно пуст, и Джес не оставалось ничего другого, как метаться по кухне, пытаться придумать чем накрыть стол, которого не было и в планах.

Когда ты долгое время находишься в одиночном плаванье, гребешь веслами воду в своей скудной лодочке, рано или поздно твои руки опускаются. Штиль вызывает апатию, тебя начинает тошнить от воды вокруг. А потом, совершенно случайно, на горизонте кто-то появляется.

Он крепит к твоей лодке крюк, и вытаскивает ее из этого болота. В такие моменты, ты испытываешь благодарность. И тебе совсем не важен мотив этого поступка. Сегодня ты спасена, а все остальное будет завтра.

Джес украсила стол, заполнила его закусками, и остановилась у бара. Она не собиралась пользоваться добротой мэра, которой и так уже было слишком много и собиралась платить за ужин сама. Нужно было определиться с выпивкой.