Фрейлина королевской безопасности

Память заботливо напомнила о себе и предоставила полную картину вчерашнего дня и прошедшего обряда по передаче дара.

Все свелось к банальному: выпей из лужицы – козленочком станешь. Только вместо лужицы Глеб протянул Карине бокал с темной мутной жидкостью, а роль абстрактного козленочка занял дар Трои, которая по-прежнему лежала без сознания на диване в гостиной.

– Что, и все? – с сомнением переспросила тогда Горбуша, принимая бокал. – А где свечи? Пентаграмма в пять метров? Кровавая жертва из десяти девственниц?

Зельевар удивленно вскинул бровь и покрутил пальцем у виска:

– Если тебе нужны спецэффекты, то могу торжественно спеть и вызвать духовой оркестр! А сейчас – пей!

К зелью следовало с подозрением принюхаться.

Запах отсутствовал. А попробовав с опаской состав на кончик языка, Карина совсем разочаровалась:

– Оно же безвкусное! – почти обвинила в этом факте Карина зельевара, чем заслужила очередной скептический взгляд.

– Ну прости! Сахар в рецепт не входил!

– Да я не об этом, – отмахнулась девушка, повторно пробуя на язык мутноватую водичку.

 – А как же противная мерзость, от вкуса которой меня должно скрутить, скрючить, вывернуть наизнанку? Где подвох?

– Ах! Ну, если ты об этом, – Глеб заметно оживился. – Тогда поспешу тебя утешить! Если я ошибся хоть на миллиграмм с каким-либо ингредиентом, то так с тобой и будет! В прямом смысле – и скрутит, и наизнанку вывернет!

Первой реакцией было ойкнуть и выронить стакан из рук, но суровый взгляд зельевара остановил.

– Ну а чего ты хотела? Что легко будет? Впрочем, раз ты еще жива, значит, я все же был ювелирно точен! – Он скрестил руки на груди и уставился своими голубыми рыбьими глазами в упор. – Так что пей, не заставляй мне зажимать тебе нос и вливать зелье насильно!

Пришлось глубоко вздохнуть и, собравшись с мыслями, проглотить залпом всю смесь.

Молний не засверкало, стены не рухнули, потолок тоже остался на месте. Не произошло ровным счетом ничего.

– Ну и где талант? – приоткрывая один глаз и осматривая ничуть не изменившийся мир, спросила Карина, тут же переведя взгляд на лежащую рядом физкультурницу.

Блондинка казалась мирно спящей, ядовито-фосфорным цветом не светилась и вообще выглядела обычной женщиной, а не страшной обладательницей ужасающего дара.

– И в Трое ничего не поменялось, – почти обвинительно произнесла Карина. – Не чувствую я никаких перемен!

Зельевар закатил глаза, а его кулаки невольно сжались.