Чокнутая с кисточкой

Зато телодвижения исполнительницы приобрели более экспрессивные нотки, от чего беспокойство за технику безопасности трудовой деятельности этой экстремальной танцовщицы неуклонно стало расти в душе Максима. Он уже не стоял так беззаботно, а был почти на низком старте в попытке прийти на помощь Валерии в случае потери ею равновесия. Но она не падала. Максим же, не оставляя желание спасти девушку, даже не заметил, как подкрался к ней. И в тот самый момент, когда Валерия, допев и дотанцевав, стала спускаться по лестнице, Максим и был обнаружен ею в непосредственной близости от собственного тела.

Разумно было бы предположить, что такой незапланированный ею контакт вызовет удивление. Но Валерия была девушкой с яркой эмоциональной психикой. И в результате она не только оглушила Максима своим криком, но ещё и швырнула в него всё то, что было у неё в руках. А сама, отшатнувшись в испуге от возникшего рядом объекта, действительно потеряла равновесие и с грохотом упала почти с верхней ступеньки.

У Максима не было шанса подстраховать её.

Во-первых, он отбивался от летящей в его сторону краски и кисточки, а во-вторых, падала Валерия в противоположную от него сторону. В результате серый костюм Максима был безнадёжно декорирован тёмно-зелёными каплями, а сама арт-дизайнер в странной позе лежала на полу, при этом зажмурив глаза и, как-то подозрительно сильно стиснув зубы.

– Валерия! – склоняясь над ней, звал Максим. – Ты в порядке?

На удивление, она ничего не ответила, лишь только накрыла дрожащей рукой свои зажмуренные глаза.

Такое поведение ужаснуло Максима и он, сев на пол рядом с девушкой, стал ощупывать её тело.

– Что болит!? Спина, рука, нога!?

– Нога, – почти прошептала она.

И тут же его руки стали ощупывать её нижние конечности, некстати сегодня облачённые в коротенькие обтягивающие шортики.

– Где болит? Выше, ниже? – тревожно спрашивал Максим, не замечая, что буквально отсканировал в ручном режиме каждый сантиметр женских обнажённых ног.

Терпению Валерии пришёл конец, когда Максим не замечая всей интимности своих действий, прошёлся крепкой рукой по её бедрам.

Убрав руки от своего лица и наблюдая за движением мужских рук, она почти прошипела:

– Максим, тебе не кажется, что ты дал много свободы своим рукам?

Он замер, посмотрел Валерии прямо в глаза и выдал то, что она никак не ожидала.

– Не знаю, что ты там себе напридумывала, но я сейчас тебя не как мужчина трогаю.

– Да? – удивилась она, прервав его на половине фразы.