Вятичи

– У тебя всегда всё тихо, – недовольно перебил его Куреп. – Не проходит ночи, чтоб мы не теряли воинов. Головой ответишь, если ночью кто-то перейдёт брод. Иди.

Бураш продолжал стоять.

– Ну что ещё?

– Там этот одноухий ромей приехал со своими людьми. С тобой хочет поговорить.

– Много с ним людей?

– Пятеро.

– Приглядывай за ними на всякий случай. Веди одноухого сюда – узнаем, чего он хочет.

Бураш вышел и через некоторое время в шатёр привёл человека. Перед Курепом стоял среднего роста человек с аккуратно подстриженной бородой и волосами на голове.

И хотя он был одет в одежду степняков, на степняка он походил мало. У Курепа одноухий часто перекупал славянских пленников, и, несмотря на такое частое общение, Куреп не доверял ему из-за его постоянно бегающих глаз и какого-то слащавого взгляда.

– Ты что-то слишком рано меня встречаешь, – притворяясь радушным, улыбнулся Куреп.

– Простое желание заработать вынудило меня встретить тебя здесь. Чем ближе к торгу невольников, тем рабы будут дороже.

А здесь я постараюсь купить у тебя их чуть дешевле и избавить тебя от части хлопот по их охране и сопровождению. Вот видишь – я открыт перед тобой, – как-то вкрадчиво и заискивающе проговорил одноухий. – Сейчас моему василевсу Льву IV нужны ремесленники – видно опять готовится война. Поэтому на них большой спрос. Есть ли у тебя такие?.. Или, может, у тебя есть что-то особенное?

– В этот раз я ничем не могу тебя обрадовать. Эти славяне-сакалибы слишком неразумны – они совсем не ценят свою жизнь и сражаются до тех пор, пока их не убьют.

У меня для тебя нет рабов-мужчин и, соответственно, ремесленников.

Даже в тусклых бликах костра было видно, как у ромея пропал его заискивающий вид. Куреп усмехнулся в душе, глядя, как изменился ромей, и с небольшим презрением продолжил:

– А особенное у меня есть, но ты его у меня не купишь – слишком дорого.

– Насколько дорого? – заинтересовался ромей.

– Я надеюсь получить за неё выкуп в сто монет.

– Это женщина? И почему ты решил, что тебе за неё дадут такой выкуп? – опять на лице ромея появилось заискивающее выражение.

– Эта девчонка грозится своим отцом и обещает, что он всех освободит из плена.

– Но отчего ты решил, что за неё дадут такой выкуп? Строптивость у нас в империи быстро усмиряют.

Куреп достал бусы из крупного жемчуга и золотые серьги:

– Смотри! Может простая славянка иметь такие украшения?

Ромей многозначно покачал головой, соглашаясь.