Потерянный рай. Роман

Со временем она устроила Ксению в районную библиотеку вести кружок вязания, прошлась с ней по всем инстанциям и смогла-таки выбить для матери-одиночки с ребёнком-инвалидом небольшую, хотя и очень потрёпанную квартирку, которую они потом вместе привели в порядок, сделав там посильный косметический ремонт. Лиза так же заставила Ксению подать на бывшего мужа в суд на выплату алиментов.

Зная эти подробности семейной жизни профессора, и особенно потрясённая такой трагичной судьбой его первой жены, Елизавета Николаевна не очень хотела вести с ним какие-либо непринуждённые беседы, а тем более углубляется в темы совести и морали, слышать эти рассуждения от человека, который так легко предал свою жену и детей, было смешно.

Но и женские разговоры Елизавете Николаевне тоже были не очень интересны: «Ах, какое новое платье было у Ольги Станиславовны, заграничное, кажется, из Италии… А в этом году модно то-то и то-то… А мне завтра ещё к портнихе зайти на примерку и маникюр нужно подправить… А у меня завтра массаж и бассейн… А вы видели, какую картину купила Ольга Станиславовна? Это сейчас модный художник… А моя домработница испортила мою дорогую блузку, надо её увольнять… А у Кузиной, видать, плохо с деньгами, эти леопардовые туфли она третий раз выгуливает… Ой, а мне всё время приходиться следить за домработницей, чтобы она не расходовала лишние продукты… А я новое кольцо купила, с бриллиантом, хотела бы к нему и серёжки подобрать…».

Через полчаса Елизавета Николаевна встала и подошла к хозяину дома, чтобы попрощаться и уйти.

– Как? Вы уходите? – удивился Чадов.

– Да, мне ещё нужно постирать и полы дома помыть.

– Не уходите, Елизавета Николаевна, – почему-то встревожился Чадов и стал упрашивать её остаться: – Скоро остальные подойдут. Пойдёмте, я покажу вам фотографии.

Он увлёк Елизавету Николаеву в лабиринты коридоров, стены которых были увешаны чёрно-белыми фотографиями. Эти фотографии поразили Елизавету Николаевну своей завораживающей красотой:

– Ах, боже мой! Кто делал эти фотографии?

– Я увлекаюсь, – скромно ответил явно польщённый Чадов.

– Вы? Вот это да! Это же здорово. Просто чудо! На меня чёрно-белые фотографии никогда не производили впечатления, казались какими-то мутными и не интересными. Я не знала, что они могу быть так красивы. Как выразительны на них лица, предметы, тени, свет – всё, любая деталь значительна. Цветные фотографии не передают такую чёткость линий, цвет всё затуманивает.