Потерянный рай. Роман

Если Лиза садилась не на своё привычное место, а наискосок от водителя, он тут же перенастраивал зеркало и наводил на неё. Ревность её утихала, она понимала, что имеет власть над ним и преимущество перед другими женщинами.

Особенно нравились Лизе долгие загородные поездки: скорость, бескрайние просторы, обилие солнца, цветущие поля и эти бесконечные тайные подглядывания друг за другом. Лиза была по-детски беззаботно счастлива. Иной раз в силу своей срочной занятости (с капризной, требовательной любовницей) главный редактор отправлял Лизу на встречу с авторами одну, предоставляя ей свою служебную машину, и Лиза, окрылённая своей самостоятельностью, вмиг становилась очень важной и серьёзной.

Она чувствовала себя королевой на своей личной машине и с личным шофёром. Впрочем, эта королевская спесь быстро с неё слетала, они опять шутили, смеялись и забавлялись. Александр Иванович угощал её, протягивая кулёк с шоколадными конфетами, Лиза, очень любившая шоколад, щупальцами запускала туда руку и хватала несколько штук сразу. «Э-э-э, куда целый мешок схватила?» – возмутился Александр Иванович. На следующий день Лиза купила для него триста грамм шоколадных конфет, но поскольку он с утра уже куда-то уехал с главным редактором, а Лизе тоже нужно было уезжать по заданию редактора, она оставила эти конфеты секретарше с запиской: «Отдайте конфеты Александру Ивановичу, чтобы он больше не жадничал». Когда Лиза вечером появилась в редакции, к ней подошёл Александр Иванович:

– Слышь, чтобы ты не думала, что я жадный, я эти конфеты раздал.

– Ах так. Тогда я в следующий раз два килограмма вам куплю.

Лиза была человеком слова, даже брошенное в шутку обещание она всегда выполняла. Шоколадные конфеты стоили дорого (десять рублей за килограмм), тем более для Лизы с её небольшой зарплатой начинающего специалиста, но она не пожалела денег. Когда на следующий день она принесла и вручила Александру Ивановичу два килограмма конфет, он обалдел:

– Зачем ты столько купила?!

– Чтобы вы подавились от своей жадности, – весело ответила Лиза.

– А я не подавлюсь, у нас вода есть.

Но это солнечное, беспечное счастье вдруг рухнуло в чёрную бездну, внезапно и навсегда. Когда Александр Иванович однажды попытался обнять её, Лиза, хотя и почувствовала впервые эту сладость соприкосновения с мужским сильным телом, застеснялась тогда такого непривычного и открытого для неё выражения чувств, к тому же она опасалась, что их могут увидеть, и слабо, неуверенно отстранилась от него.