Потерянный рай. Роман

На правах старшей Жанна первое время пыталась использовать Сашу для выполнения мелких поручений и не стеснялась отправить её с запиской на улицу, где у калитки топтался её очередной воздыхатель, не решавшийся переступить порог генеральского дома. Когда Саша робко подошла к очередному Ромео, тот поначалу даже не заметил её. С восхищением разглядывая окна генеральской квартиры, он пытался высчитать, сколько же у него комнат, и прикидывал, как напроситься к этой неприступной Жанне домой.

А поскольку какое-то мелкое нелепое создание продолжало назойливо стоять около него и сверлить взглядом, он опустил на Сашу глаза и грубо спросил: «Чего тебе?». Саша молча протянула этому парню записку, он взял клочок бумажки, развернул, прочёл, снизу вверх оценивающе посмотрел на девочку и скривился:

– А ты кто такая? А, понятно, та самая. Пигалица.

Он двумя пальцами зажал её за нос и потом брезгливо вытер свои пальцы о её пальто. Саша ударила его по руке и со слезами убежала.

– Эй, ты, ненормальная, стой. А ответ? – крикнул ей вслед неучтивый Ромео.

– Ну, – грозно встретила расстроенную Сашу Жанна. – Что он передал?

Саша ничего не ответила. Приписав это молчание Сашиному слабоумию, Жанна настаивать на ответе не стала, только презрительно бросила: «Тьфу, дура», а на следующий день опять дала ей поручение.

– Так, – властно сказала Жанна, – вот что, вот тебе конверт, сбегай на угол, там будет стоять парень в красной шапке, отдашь ему.

Саша молча посмотрела на протянутый ей конверт, но не взяла его, даже отвернулась, и по всему было видно, что не возьмет.

– Что? Это что ещё такое? – нахмурилась Жанна, подражая отцу и пытаясь скопировать грозный отцовский тон и нагнать на девчонку страху. – Живо сбегай. Ты что глухая? Я кому сказала?

Жанна, уверенная в том, что можно вертеть этой дурочкой как угодно, вдруг наткнулась на глухую стену и поняла, что здесь её власть заканчивается.

– Ах, ты…, – Жанна чуть не топнула ногой. – Ненормальная, – это был единственный аргумент её поражению и несбывшемуся желанию превратить Сашу в маленькую рабыню. – Слушай, ты, папина ошибка, смотри у меня, плакать будешь.

– Не буду, – тихо, но упрямо проговорила Саша, хотя её глаза уже налились слезами.

– Убирайся отсюда, заморыш. Катись, катись, каракатица. Чтоб тебя здесь не воняло, поганка.